— Вы слышите этот гул? — прошептал мой спутник.

— Наверное, это генератор.

Я сделал несколько шагов и обнаружил бронированную дверь. На высоте человеческого роста, над красной табличкой, информирующей о возможности поражения током, висело предупреждение: «ОПАСНО».

— Подвиньтесь, профессор.

Микаэл попробовал открыть замок, но тот не поддался.

— Ну что? — осведомился я.

— Три замка, и все отличные.

Я в нетерпении топнул ногой.

— Вы хотите сделать это вместо меня?

Наконец после долгих усилий дверь подалась, и мы увидели самое обычное помещение, где гудел электрический генератор. Микаэл обвел его фонарем. Ни двери, ни люка в полу. Перед нами был лишь пульт управления этой адской машиной.

— Что-то, должно быть, от нас ускользнуло, — заключил я.

— Не вижу что. Наверное, какая-то мелочь.

Я поднял с пола окурок и поморщился. Их был там добрый десяток, причем разных сортов. Вот уж, право, не место для собраний.

Микаэл поторопил меня:

— Выходим отсюда. От этого шума голова раскалывается.

Я нахмурился и внимательно осмотрел приборы. Генератор работал на полную мощность.

— Микаэл… вы что-нибудь слышали перед тем, как мы спустились?

— Над нами бетонный пол, профессор. Снаружи этот шум услышать невозможно.

— Нет, я имел в виду станцию очистных сооружений.

Он удивленно взглянул на меня.

— Вы слышали шум турбин, когда мы спустились?

— Нет, все было тихо.

— Потому что станция не работает.

— И что?

— И то! — ткнул я пальцем в сторону пульта управления. — Вы можете мне сказать, куда идет этот ток, если она сейчас не работает?

Микаэл почесал подбородок, догадываясь, к чему я клоню.

— Но может быть, этот генератор снабжает электричеством один или несколько домов в городе?

— Для такого генератора, как этот, главное — избежать подключения к электрической сети города.

Неожиданно помещение залил яркий свет, и я похолодел. Микаэл вырвал у меня из рук фонарь, погасил его и приложил палец к губам, показывая мне на потолок. Я увидел решетку, через которую проникал свет, и четыре ноги. Двое мужчин по-гречески горячо обсуждали фильмы, которые они недавно посмотрели, и красоток, которые им понравились больше всего. Если это были наши стражи, то целомудрие не было их добродетелью. К тому же они очень много курили, потому что к концу спора через решетку была брошена целая куча окурков, которые присоединились к десяткам других, тех, что я увидел войдя. Наконец они удалились, свет погас, и мы отчетливо услышали, как хлопнула дверь.

— Интересно, — сказал мой спутник, зажигая фонарик.

— Как, по-вашему, они выбрались наверх?

— А как вы сами считаете, профессор?

Я представил себе, как они прыгают мне на плечи, и поморщился.

— Нет, должен быть другой вход. Тот, которым воспользовался наш приятель, установивший у нас бомбу, чтобы вернуться к своим дружкам. Я плохо представляю себе, как он мог забраться наверх в костюме за две тысячи евро.

— Лучше и нам пройти там, а не через дверь. Меньше шансов, что нас засекут. Наклонитесь!

Я недовольно пригнулся, и Микаэл взобрался мне на плечи. Он, должно быть, весил килограммов семьдесят при росте метр семьдесят пять, и мне было нелегко выпрямиться. Когда мне наконец это удалось, ему пришлось пригнуться сантиметров на двадцать.

— Осторожно, профессор… вы хотите меня угробить, что ли?

От простого нажатия решетка совершенно бесшумно повернулась на больших штырях, которые прочно держали ее с одной стороны.

Микаэл подтянулся на руках.

— А я? Как я поднимусь?

— У меня в рюкзаке есть веревка… О Боже!

— Что такое?

— Отодвиньтесь немного, профессор.

— Что?

— Отодвиньтесь, вам не потребуется веревка.

Я услышал тихий шорох и, не веря своим глазам, увидел алюминиевую лестницу, которая, разворачиваясь, опустилась с потолка к моим ногам и остановилась в нескольких сантиметрах от пола с характерным для гидравлического домкрата шумом.

— Черт побери…

— Поднимайтесь.

Я повиновался. Хотя и не очень устойчивая, лестница была крепкой, и, одолев несколько ступенек, я присоединился к Микаэлу, который нажал другую кнопку на маленьком пульте на стене. Лестница легко, почти бесшумно, сложилась, и решетка закрылась.