Дэвид уже снял гидрокостюм и теперь стоял голый.

— Черт побери! Когда он улетел? — Два дня назад, судя по расписанию вылетов, на Окинаву.

Дэвид с мрачным видом прошел в ванную и включил душ. Что понадобилось этому мерзавцу на Окинаве?

— Известно точно, куда он направился?

— Нет, сэр. На его имя был забронирован номер в отеле «Шератон», но Киркланд там так и не появился. Однако на Кваджалейне Киркланд взял билет в оба конца, поэтому через два дня он должен вернуться.

Час от часу не легче! Еще два дня! Дэвид рассчитывал осуществить свою месть раньше. Однако Дэвида не могли не радовать расторопность и профессионализм его команды. Ничего, Киркланду от него не уйти! Сейчас он слишком занят, а пара лишних дней ничего не решает.

— Хорошо, мистер Рольф. Но как только Киркланд вернется на свое судно, немедленно поставьте меня в известность.

— Есть, сэр!

Дэвид попробовал воду. Маленькая ванная комната понемногу наполнялась паром.

— Однако у нас есть еще одна проблема, сэр. — Голос лейтенанта предательски дрогнул.

— Что еще?

— Я не уверен, есть ли в нашем распоряжении два дня. Хендел говорит, что сигнал передающего устройства слабеет, и через день-два контакт с ним прервется.

Дэвид яростно обернулся.

— Я же велел Хенделу, чтобы бомба оставалась в пределах досягаемости как минимум в течение недели!

— Да, сэр, но дело не в нем, а в электронике. Хендел с самого начала говорил, что на эту китайскую дрянь нельзя положиться.

Дэвида буквально трясло от злости. Отказываясь признать поражение, он пытался найти иные возможности привести свой план в действие. Кому, как не ему, было знать, что ни один план не бывает на сто процентов безупречным. Импровизация — вот ключ к успеху. И тут же в его мозгу родилась новая схема.

— Ладно, — проговорил он, — мы взорвем «Фатом», даже если Киркланд не успеет вернуться на него.

— Простите, сэр?

— Уничтожив его судно и товарищей, мы сделаем только первый шаг к тому, чтобы уничтожить его самого.

Дэвид встал под душ, согреваясь не только горячей водой, но и мыслью о сладкой мести. Медленно мучить Джека Киркланда… Что может быть слаще!

20 часов 15 минут

Университет Рюкю, префектура Окинава, Япония

— Кто хочет ужинать? — громко спросила Карен, поворачивая голову, чтобы восстановить кровообращение в затекшей шее. — Я больше не могу пялиться в экран компьютера!

Американец за выделенным ему терминалом слева от Карен словно не слышал ее.

— Габриель, выведи символы «сорок-а» и «сорок-бэ».

— Конечно, мистер Киркланд.

На дальнем конце стола целиком погрузилась в работу Миюки, деловито сканируя последние страницы блокнота. Обработка информации оказалась долгим и трудоемким процессом, поскольку компьютеру приходилось сравнивать каждый новый иероглиф с уже имеющимися в базе данных.

Карен посмотрела на монитор, за которым сидел Джек Киркланд. На нем появились два значка: один — из его блокнота, другой — из их коллекции иероглифов.

Иероглифы в блокноте американца являлись относительно точной копией символов, обнаруженных на поверхности кристаллической колонны. Относительно — потому, что их перерисовал историк «Фатома», и это неизбежно предполагало наличие некоторых неточностей. Ведь человек — не сканер. Глядя на два удивительно похожих друг на друга значка, Карен задумалась: один и тот же это иероглиф или два разных, с небольшими отличиями?

Эта работа заключалась в том, что Габриель сравнивал каждый иероглиф с двумя сотнями других. Если сходство между ним и каким-то другим составляло более девяноста процентов, компьютер автоматически принимал решение, что это — одно и то же; если сходство было менее пятидесяти процентов, иероглиф признавался программой новым и заносился в базу данных. Между отметками 90 и 50 существовало некое серое пространство, в котором оказывались все сомнительные символы. В настоящее время в нем находилось триста пар иероглифов, и решить, являются ли они одинаковыми или разными, мог только человек.

— Символы «сорока» и «сорок– бэ» совпадают на пятьдесят два процента,– пояснил Габриель. — Следует ли «сорок-а» признать новым знаком или отнести к разряду уже известных?

Джек приблизил лицо к экрану.

— Прямо как в старой детской головоломке: найдите десять отличий между двумя рисунками, — проговорил он.

Миюки, закончив работу, издала торжествующий возглас и откинулась на спинку стула.

— У первой фигурки есть глаз, — сказала она, поглядев на монитор Джека, — у второй его нет.