Я оглянулся и увидел Кристину.

Открыв дверцу, я ухватился за крышку кабины и начал выбираться наружу.

— Дэннис, нет! — закричала Ли. Я встал на правую ногу как раз в тот момент, когда Эрни открыл дверцу Кристины.

— Эрни! — заорал я. — Эй, постой! Он резко поднял голову. Его глаза были белыми от ярости. Из уголка рта текла пена.

Он поднял оба кулака и затряс ими в воздухе:

— Говнюк! Ты говнюк! — Его голос был пронзительным и высоким. — Бери ее! Ты ее заслуживаешь! Она дерьмо! Вы оба дерьмо! Оставайтесь друг с другом! Вы долго не протянете!

В окнах кафе стали появляться люди, желавшие посмотреть на происходящее на улице.

— Эрни! Давай поговорим…

Он прыгнул в машину и захлопнул дверцу. Двигатель Кристины взревел, передние фары зажглись и пронзили меня, как насекомое на листке бумаги. А за ветровым стеклом было похожее на какую-то дьявольскую маску лицо Эрни. Это лицо, искаженное ненавистью и болью, живет в снах, которые я вижу теперь. Затем лицо исчезло. На его месте появилась ухмыляющаяся голова трупа. Ли издала душераздирающий вопль. Я понял, что у меня не было галлюцинаций. Она увидела то же, что и я.

Кристина рванула с места, отбросив назад комья снега. Она промчалась в трех дюймах от открытой дверцы «дастера» и, набирая скорость, вырулила на Кеннеди-драйв. Затем ее задние огни скрылись из вида.

Я рухнул на водительское сиденье моей машины, руками втащил в нее левую ногу и захлопнул дверцу. Ли плакала. Я обнял ее. Она вцепилась пальцами в мой свитер и, судорожно всхлипывая, прошептала:

— Там… там не было…

— Тсс! Успокойся, Ли. Не думай ни о чем.

— Там не было Эрни! Там был мертвый! Машиной управлял мертвый!

— Это был Лебэй, — сказал я. После всего случившегося я чувствовал себя неестественно спокойным — и виноватым в том, что меня застали с девушкой моего лучшего друга. — Ли, это был он. Ты только что встретилась с Ролландом Д. Лебэем.

Она плакала, держалась за меня, всхлипывая и все еще содрогаясь от ужаса. Мне было хорошо оттого, что она была у меня. Моя левая нога болела — я наступил на нее, когда Кристина промчалась мимо.

Постепенно я начал понимать, что все это должно было кончиться.

Она подняла свое мокрое от слез лицо.

— Что теперь будет, Дэннис? Что нам делать?

— Теперь необходимо все это закончить.

— Как? Что ты имеешь в виду?

Больше для себя, чем для нее, я проговорил:

— Ему нужно алиби. Когда он уедет из города, мы должны быть готовы. Мы запрем ее в гараже. Я попытаюсь убить ее.

— Дэннис, о чем ты говоришь?

— Он уедет из города, — сказал я. — Неужели ты не понимаешь? Все люди, которых убила Кристина, — они были связаны с Эрни. Эрни под подозрением у полиции. Он знает это. Он знает это и снова уведет Эрни из города.

— Ты имеешь в виду Лебэя?

Я кивнул, и Ли пожала плечами.

— Мы должны убить ее. Ты сама знаешь это.

— Но как? Дэннис… как?

У меня появилась одна мысль.

Дома я поговорил с мамой и поднялся наверх. Там я зашел в ванную и выпил две таблетки аспирина, надеясь немного унять свою левую ногу. Затем устроился перед телефоном, стоявшим в спальне родителей.

Немного подумав, я сделал первый звонок.

— Дэннис Гилдер, сущее наказание моей стройки! — добродушно воскликнул Брэд Джефрис. — Рад слышать тебя, парень. Когда мы с тобой снова посмотрим за игрой «Пингвинов»?

— Брэд, мне надоело смотреть за играми неудачников, — сказал я. — Вот если ты хочешь понаблюдать за настоящей хоккейной командой — такой, как «Флайерс»…

— Господи, о чем ты говоришь? — спросил Брэд. — Да эта команда в подметки не годится «Пингвинам»!

Мы поболтали еще немного, а затем я рассказал ему то, ради чего звонил. Он засмеялся.

— Что за черт, Дэннис? Ты собираешься открыть собственное дело?

— Можно сказать, да. — Я подумал о Кристине. — Правда, ненадолго.

— Ты не хочешь рассказать мне о нем?

— Ну, только не сейчас. Ты знаешь кого-нибудь, у кого я мог бы арендовать такую штуковину?

— Знаю, Дэннис. Единственного парня, который может согласиться на подобный бизнес, зовут Джонни Помбертон. Он живет на Ридж-роуд. Гараж у него рядом с его домом.

— О'кей, — сказал я. — Спасибо, Брэд.