Собакам приказали сидеть, но младшая была не столь послушна, и, пока Арчи устраивался поудобнее и доставал бинокль, она унюхала запах куропатки, в волнении сделала бросок и вспугнула стаю. Восемь куропаток веером вылетели из зарослей вереска всего в нескольких ярдах от скалы, где сидели охотники, с криком понеслись вниз в ущелье, глубоко нырнули и исчезли.

Конрад с восхищением наблюдал их полет. Но Арчи сердито прикрикнул на собаку, и она, сгорая со стыда, вернулась и положила морду ему на плечо, виновато поскуливая и прося прощения. Арчи обнял ее и стал гладить — ладно уж, чего там, помиримся.

— Вы заметили, где они опустились? — спросил он Конрада.

— Вроде бы да.

Арчи передал ему бинокль.

— Попробуйте найти.

Конрад поднес бинокль к глазам и стал всматриваться. Было видно каждую веточку вереска, каждую травинку там, где начиналось ущелье. Он напряженно всматривался в пышные заросли, но ветки не шевелились, птиц не было, они исчезли. Он вернул бинокль Арчи.

— Никогда не думал, что доведется увидеть куропаток так близко.

— Я всю жизнь их наблюдаю и до сих пор не перестаю удивляться. Такие робкие и такие мужественные, а уж умны! Летят со скоростью восемьдесят миль в час и на какие только хитрости не пускаются, чтобы обмануть охотника. Они достойный противник, вот почему охота на них вызывает такой азарт.

— И все равно вы их убиваете…

— Я всю жизнь охотился на куропаток. Но замечаю, что с возрастом стал охотиться реже и, признаюсь, бью меньше птиц. Моему сыну Хэмишу пока неведома жалость, но Люсилла пламенно ненавидит охоту и никогда со мной не ходит.

Он сидел в своей старой куртке, ссутулившись и опершись локтем о коленку здоровой ноги. Старая твидовая кепка была натянута низко на лоб, защищая глаза от вдруг вспыхнувшего солнца.

— Она убеждена, что эти птицы — частица сотворенного Богом мира, и потому они могут размножаться только в естественных условиях. Они дикие, их нельзя разводить, как разводят фазанов, ведь если выпустить птенцов-куропаток из инкубатора в вересковые пустоши, они мгновенно погибнут в когтях хищных птиц.

— Чем они питаются?

— Семенами вереска, черникой, но больше всего любят семена вереска. Поэтому существует специальный закон о вересковых пустошах, и на всех, за которыми правильно ухаживают, регулярно выжигают полосы, но жечь можно только в апреле, в строго определенное время, и если ты не успел, придется отложить до будущей весны.

— А зачем нужно жечь?

— Чтобы вереск рос лучше. Видите тот черный участок на Мид-Хилл, — он указал своей палкой, — мы выжгли его нынешней весной. Высокие кусты оставляют, они дают птицам хорошее укрытие.

Конрад не без изумления глядел на волны холмов вокруг себя — это сколько же миль, не счесть.

— Такая прорва земли, и на ней всего десяток-другой птиц.

Арчи улыбнулся.

— Действительно, нынче охота может показаться анахронизмом феодальных времен, но если бы в Шотландии не было огромных охотничьих угодий, колоссальные пространства земли пришли бы в упадок, их опустошили бы интенсивное земледелие, посадка лесов для рубки и продажи древесины и прочее варварство.

— Разве сажать леса — варварство?

— Понимаете, тут все не так просто. У нас прекрасно растет наша шотландская сосна и с трудом приживается норвежская и американская. Кстати, очень много зависит от того, насколько правильно ухаживают за посадками. Если позволить норвежской сосне расти непрореженным частоколом, горные птицы в таком лесу водиться не будут. Более того, они не совьют гнезда в радиусе тысячи ярдов от него. В таком лесу раздолье хищникам — лисам и воронам, а меня заботит судьба не только куропаток, но и травников, ржанок, кроншнепов, жуков, самых разнообразных насекомых, лягушек, гадюк, ну и, конечно, растений — колокольчиков, пушицы, редких мхов и грибов, златоцветника… А вересковая пустошь, если она в хороших руках, — основа здоровой экологии.

— А вам не кажется абсурдом, что в заповедник, за которым с такой любовью ухаживают, приезжает богатый идиот и принимается палить в птиц?

— Конечно кажется. Выродок аристократ заряжает свое ружье десятифунтовыми банкнотами. Но, по-моему, этот образ уходит в прошлое, ведь даже самые невежественные политические деятели начинают понимать, что, если они хотят сохранить экосистему Шотландии здоровой, необходимо осознать, какая тесная связь существует между охотой и охраной природы.