У Давида не отнять его обаяния, он хорош собой, совсем не глуп и смел. Да, он привлекателен для женщин, и они привлекают его. У него были, она слышала об этом, любовницы еще во Франции, в замке Гейяр, потом в Шотландии и, уж конечно, в Англии. Но он мужчина, и очень страстный мужчина, она-то знает. А может, слухи о его неверности лживы или сильно преувеличены? Конечно, когда он жил одиннадцать лет в Англии без нее, то вполне могло быть… Он же не монах… Но об этом она не хотела сейчас думать.

Теперь все будет иначе, отныне у них начнется новая жизнь…

Вот и Эдинбург. Она сразу направилась в замок на горе. Давид сейчас там, он будет встречать ее.

Он ее не встретил. Она прошла в свои апартаменты, где уже горел огонь, чтобы она могла согреться после дороги. Служанки помогли ей переодеться.

Она не стала спрашивать, где король, отчего не вышел ей навстречу — ведь она привезла такие важные и хорошие вести! — хотя ей все время казалось, приближенные жаждут что-то сказать ей, но не решаются. Когда она все же задала какие-то невинные вопросы, они так смутились, что она предпочла оставить их в покое и сама отправилась к королю.

Подходя к его двери, она услышала из-за нее громкий смех — женский смех. Ему вторил голос Давида.

Один из стражников выступил вперед:

— Миледи…

Она с удивлением посмотрела на него. Удивление сменилось недобрым предчувствием, и Джоанна, обойдя стражника, толкнула дверь.

Муж сидел в кресле, а у его ног на невысокой скамейке — женщина. Ее темные волосы свободно падали на обнаженные плечи, платье было приспущено.

— Давид… — сдавленным голосом проговорила Джоанна.

Он не повернулся к ней, но она услышала его слова, обращенные к женщине.

— Это королева вернулась из Англии, — сказал он небрежно.

Полуобнаженная женщина тоже не обернулась, она просто рассмеялась.

— Что все это значит? — промолвила Джоанна с трудом.

Она чувствовала, сердце ее падает куда-то в бездну и она вместе с ним, но разум напоминал: ты ведь знала все это, знала давно, однако делала вид, что этого нет. Вот и сейчас, только что, ты поняла, что означает смущение придворных дам и их ускользающие взгляды, когда спросила о муже…

— Что вам угодно? — произнес Давид утомленным тоном, по-прежнему не глядя на нее.

Она подошла ближе, увидела на столике возле них вино и яства. Один бокал был опрокинут, вино капало на пол.

— Кто эта женщина? — спросила Джоанна, обретя голос.

Брюнетка поднялась со скамейки, она оказалась высокой и стройной, и отвесила насмешливый поклон.

— Я Кэтрин Мортимер, миледи, — сказала она. — К вашим услугам и услугам короля.

Джоанна растерялась, но все же задала еще один бесполезный вопрос…

— А кто вы… здесь?

— Можете считать меня другом короля, — последовал ответ, тоже насмешливый.

— Что ж… я поняла, — сказала Джоанна.

Она повернулась и пошла из комнаты. Никто не произнес больше ни слова. Закрывая дверь, она опять услышала их смех.

Вернувшись к себе, она отпустила всех прислуживавших ей женщин и без сил упала в кресло.

Этого не может быть, мне просто приснился страшный сон. Раньше, как, например, в замке Гейяр, были случайные тайные измены, игры молодого тела и духа, потребность в остроте ощущений. Сейчас совсем другое — нарочитое желание нанести оскорбление, и как можно больнее.

Напрасны были ее надежды, что он с возрастом и после перенесенных потрясений изменится. Ничего подобного. Он остался таким же распутным, безнравственным, слабым духом… Ничтожество… Что он принес и принесет несчастной Шотландии?..

Всю жизнь она делала вид, что все обстоит лучше, чем на самом деле. И над ней наверняка смеялись или жалели. Зачем ей это? К чему продолжать такую жизнь?..

Графиня Гаррик попросила разрешения войти. Она была из семьи Брюсов и всегда хорошо относилась к Джоанне, сочувствуя ей и жалея. Сейчас графиня знала, что Джоанне так плохо, как никогда.

— Вы видели их вместе, — прямо с порога сказала она. — О моя бедная Джоанна!

— Кто она, эта особа?

— Женщина из низших слоев. С ней он познакомился и проводил время в Англии. Она уже давно с ним.

— И ей он хранит верность, не так ли? — с горечью произнесла Джоанна.

— Она приехала сюда, как только вы отбыли по его поручению. Он вызвал ее.

— О, я этого не вынесу! — Джоанна закрыла лицо руками.

— Но что вы можете сделать? — рассудительно сказала графиня. — Он все еще король и может поступать как хочет.