Шрифт:
— Что ты орешь?! — такими были ее первые слова.
— Война! — рявкнул в ответ Яран.
— И что? — недовольно поинтересовался Сейв. — Это ты у нас бог войны, это тебе хорошо. А нам-то что с того?
— Прорыв!
— На фронтах? — с явной издевкой переспросил Чернобог.
— Межмировую ткань прорвали! Наш мир пытаются захватить! — громыхнул Бог-Отец.
И эти слова, словно ушат ледяной воды, подействовали на остальных. Сейворус мгновенно преобразился. Теперь на нем оказался вороненый доспех. Воздушные одежды Лемираен начали трансформироваться в нечто сияющее, но даже на вид алмазно-прочное. Вот теперь Богиня-Мать пребывала в настоящем ГНЕВЕ.
— Кто?! — прозвенел ее голос.
Небеса вздрогнули.
Яран с отчаянием рубанул рукой воздух.
— Разрыв очень похож на Бездну, которая уничтожила миры пришедших народов.
— Яснее говори! — прорычал из-под опущенного забрала Чернобог.
— Бездна эльфов ворвалась в наш мир. Хаос пожаловал! Инферно! Как еще сказать?!
— Мои жрецы, немедленно… — начала приказывать Богиня, но супруг ее оборвал:
— Твои жрецы и впустили! Твой Первый Перст открыл врата! Он связался с Хаосом и призвал его! Связался с ним за твоей спиной!
— Не время устраивать распри, — попытался остудить их Сейв, но два взора, пылающие алым и ослепительно белым, уперлись в него.
Сейворес поднял забрало, вместо его лица клубилась первозданная Тьма.
— Ну?! — Теперь его голос, странным образом искажаясь, заполнил все пространство. Темнота, неожиданно выползшая из углов, стала обступать полыхающие фигуры. — Вы думали, что я все еще сопляк? Мальчишка? — И наваждение тут же схлынуло, а антрацитово-черные глаза на хмуром лице пытливо взирали на супругов. — Может, хоть раз объединимся? Мир будем отстаивать, прогоним захватчиков.
Богиня-Мать, явно потрясенная, кивнула. Бог-Отец, вмиг забыв, что обвинял супругу, после ее согласия тоже уверенно наклонил голову.
— Хорошо, — неожиданно по-мальчишески улыбнулся Чернобог. — Тогда, Мира, проверь своих оставшихся верными клириков. Яр, созывай дружины. И всех перекидывайте к…
— К Клайвусу, — подсказал гигант. — К Камню Трех Сердец. Прорыв именно там.
— А Стабилизатор куда?! — заволновалась Богиня.
— Если все выполнено — туда же! — уверенно приказал Сейворус.
Глава 19
Сотни голосов шептали на разные лады, звали к себе. Обещали, манили, пугали… Говорили: ты наша, ты с нами… Не отдадим, не позволим, заберем. Завораживали, очаровывали, сулили вечную сладость. Требовали, стращали, угодливо поддакивали… Нашептывали, желая пленить своими речами. Грубили, принуждая ответить, затягивали в водоворот. Угрожали…
— Если сейчас не откроешь глаза, скормлю тебя этому туману!
И хлобысть!.. Щека запылала от удара. Хрясь! И на другую обрушилась пощечина. Опть!..
— В следующий раз отвечу, — пообещала я кому-то. А то, чую, мне таким макаром челюсть своротят!
В лицо плеснули водой, потом его коснулось что-то мягкое. Я открыла глаза.
В едва теплящемся свете факела на меня своим прозрачным взглядом смотрел Морвид.
— Ольна? — почему-то недоверчиво уточнил он.
— Ольна, Ольна, — прохрипела я. — А ты кого ждал, Первого Перста Адорна?
Счастливая улыбка расплылась по грязному лицу жреца. Он неосознанно сотворил жест, отгоняющий скверну, и, наклонившись, обнял меня.
— Слава Всеблагому! Я уж напугался, что туман тебя выпил.
— Поперхнулся, — отрезала я, пытаясь высвободиться из его объятий.
Ага, сейчас! Жрец обнимал меня так самозабвенно, словно тысячу лет не видел. Словно я была самым дорогим человеком на свете.
Не выдержав проявления чувств, я шепнула ему на ухо:
— Тебе что, сила Лемираен в пояс ударила?
Морвид едва не подпрыгнул, отскакивая от меня на полметра. Его лицо было пунцовым от возмущения.
— Ты теперь это мне по делу и без дела припоминать будешь?! — сдавленно зарычал он.
Я лишь хмыкнула.
— А к чему такие нежности? Ты ж мне в порыве страсти едва ребра не переломал.
— Ольна! — обиделся он. — Я ж действительно переживал…
— Ладно, проехали, — отмахнулась я. — Лучше скажи, все живы? И вообще, где мы оказались?
— В храме Фемариора.
— Где? — Моему удивлению не было предела. — Это что еще за гусь?