— Ясно. — Вино начало потихоньку действовать на мозг. Чувство самосохранения притуплялось. — Бог, ныне покойный. Я почему-то так и подумала…

За барьером наступила оглушительная тишина. Все переваривали услышанное.

А бог вылез из саркофага и, усевшись на его край, похлопал рядом:

— Садись, так удобней. Нечего на холодном полу сидеть. Ты ж женщина, простудишься, чего доброго. А тебе рожать…

— Чего?! — взревела я белугой от нехороших предчувствий.

— В принципе, — поморщился Бог. — Не цепляйся к словам. Давай лучше вернемся к нашим вопросам, девочка.

Я поднялась с земли и осторожно уселась на другой конец саркофага.

— Ну что ж, начнем. Вопрос первый: ты откуда?

— С Земли, — ответила я искренне.

Таиться смысла не было. На то он и бог, чтоб с легкостью проверить любые слова.

— У… — нахмурился он. — И кто заброс начал?

— Игрок, или, как его еще зовут, Арагорн. Вроде как я Стабилизатор мира.

— Ага, — задумчиво протянул тот. — Слышал я про такое, слышал… Его еще двое великих пасут… Эк-хгм… Хотел сказать, курируют. Наблюдают… А мои миры на другом конце Веера…

— Погодите, погодите, — остановила я его. — Вы мне можете объяснить, в чем дело? Меня, как котенка, по ошибке закинули сюда, изменили…

— Дай-ка на тебя посмотреть. — Бог развернулся ко мне и, ухватив за левую руку, начал вглядываться поверх макушки.

Пальцы у него были теплыми и удивительно нежными.

— Вон оно что! — протянул он пять минут спустя. — Мда… Вот уж не повезло тебе, девочка. А может, и повезло. Судьба этого мира в твоих руках. Ты знаешь это?

— Просветили недавно, — ответила угрюмо.

— Нет, ты не дуйся. Действительно в твоих руках. Как повернешь, так и будет.

— Я поверну так, как захочет Игрок, — отрезала я. — После всего он пообещал меня домой вернуть. А ему надо, чтобы я исполнила пророчество Ярана. Так что…

— Все ясно, — закивал Фемариор. — Все с тобой ясно. Вот что, милая. Бери эту чашку и проводи положенный ритуал. Так для этого мира действительно лучше. Мне уже некогда за Бельнорионом приглядывать. У меня своих забот полон рот. Я и так чистой благотворительностью занимаюсь, если даже не сказать больше. Не будь я богом, меня бы можно было в ранг святых возводить. Мало того, что оболгали со всех сторон, так еще и упросили присматривать за этой чашкой.

Тут он в упор посмотрел на Морвида, словно припоминая ему рассказ про низверженного бога.

— Я ведь хотел дать людям свободу выбора, а эти, — он указал пальцем в свод, явно намекая на небожителей, — уперлись. Энергии пожалели, пожадничали. И в итоге этот мир существует без людских магов, но есть обширный клир Трех богов. Меня же опорочили, выдумали разные страшилки, так, чтобы даже от моего имени народ заикался. Возникновение Догонда для чего-то приплели… Хотя на самом деле болота эти — обыкновенный прорыв Инферно из-за однобокости магии в этом мире. Ваши боги сами с ним справиться не могут, а признаваться в своей слабости не хотят. Эх, да что говорить!..

Фемариор печально махнул рукой.

— А ну их! Пусть все будет так, как они хотят! Был мир ущербным, пусть таким и остается. Я вон вижу, его обитатели… — Тут он указал на моих спутников, замерших в изумлении. Они ловили каждое слово и не верили своим ушам. Для них подобное откровение было шоком, ведь с детства им твердили совершенно иное. — Его обитатели вполне довольны сложившимся положением вещей. А пришлые народы останутся со своей магией… В общем, проводите ритуал, и после мир навсегда останется в том состоянии. Если, конечно, что-нибудь вроде очередного прорыва Хаоса не выбьет его из колеи…

— Великий, ты бросаешь нас?! — Столь горестного стона я никогда в жизни не слышала.

Все вздрогнули и с удивлением уставились на вполне живой «трупик», который оттащили в сторону. За мертвеца приняли живого древнего старика. Видимо, когда мы ввалились, он от греха подальше решил прикинуться мертвым или ловко закрылся от божественной магии.

— Нет, мой верный Тернер, вовсе нет. К вам я буду приходить, как приходил, — обнадежил его Фемариор и, махнув рукой, разрешил подойти к себе поближе. — Я никогда не бросаю своих адептов.