– Это совсем скоро, – отметила Пенелопа, – Может, ты попросишь Баки о помощи? С подготовкой свадьбы, я имею в виду. Ты ведь знаешь, он очень хорош в своем деле…

– Ты так считаешь? – Элизабет безразлично смотрела на свое безупречное отражение в зеркале, – Хорошо. Но, может быть, ты сама спросишь у него? Ведь ты знаешь его гораздо лучше, чем я…

Диана откинулась назад, коснувшись головой темно-синих обоев, и стала ждать своей очереди на переодевание. Она замечала, что между Элизабет и ее лучшей подругой явно происходило что-то странное – может быть, Пенелопа завидовала, что Элизабет первая выйдет замуж? – но никак не могла понять, в чем загвоздка. Пенелопа вела себя очень необычно… В этот день Диана с удивлением отметила и еще одну вещь: любое упоминание о Генри вызывало в ее душе бурю эмоций. Как бы там ни было, этот молодой человек вновь ее интересовал, и даже сильнее, чем прежде.

Двумя часами раньше, когда они обедали в Палм-Гарден в Вальдорфе, Элизабет неустанно говорила о том, как много значит для нее согласие Пенелопы стать подружкой невесты и сколь красивой будет свадьба. Когда Пенелопа удалилась, чтобы тайком выкурить сигарету в гостиной для дам, подальше от вездесущего взора тети Эдит, Элизабет шепотом извинилась перед Дианой за то, что не может нарушить правила и позвать двух подружек невесты.

– Я давным-давно просила об этом Пенелопу. Ты ведь простишь меня, правда? Ведь мы дали друг другу обещание…

– Я тебе уже говорила, что мне все равно, – громко и немного раздраженно ответила Диана, – Тем более Пенелопа как нельзя лучше подходит на роль подружки невесты | га свадьбе без любви.

Элизабет отпрянула, услышав ответ, хотя сестра вовсе не собиралась ее обижать. К сожалению, это была правда, и Элизабет больно ранили эти слова. И, похоже, девушка до сих пор не могла прийти в себя.

– Но ты ведь недавно видела его? – продолжила Пенелопа. Она стояла почти вплотную к Элизабет и проверяла кружево у горла.

– О, да. Мы были на прогулке в парке в… Ди, когда это было?

– В воскресенье, – уверенно ответила Диана. Ей даже не пришлось догадываться, кого его имела в виду Пенелопа, – И он был очень обходителен, – добавила она легкомысленно.

– Правда? – оживилась Пенелопа, перебирая пальцами жемчужины на груди Элизабет, но при этом глядя на Диану.

– Да, он был очень любезен, – согласилась Элизабет, – Спас улетевшую шляпу Дианы.

Диана часто думала о той прогулке в парке и ловила себя на мысли, что вновь и вновь вспоминает Генри. Зелень травы, по которой они бежали, заросшая тиной вода, в которую он ступает босиком. Его лукавая улыбка и понимающий взгляд.

– Вы когда-нибудь ездили на запад на поезде с Центрального вокзала?

Диана очнулась от грез и удивленно взглянула на сестру. Элизабет все еще стояла с отсутствующим видом, и было непонятно, что побудило ее задать столь странный и нелогичный вопрос.

– Нет, только в Ньюпорт. Но это в северном направлении, если я не ошибаюсь, – объявила Пенелопа.

Диана видела в зеркале, как она наклонилась, чтобы проверить волны юбки Элизабет.

Элизабет вытянула шею, и многочисленные отражения последовали се примеру.

– Как вы думаете, сколько поездов уходит каждый день с Центрального вокзала?

– Зачем тебе знать такие вещи? – бесцветным голосом отозвалась Пенелопа, не поднимая головы от платья подруги.

Элизабет окинула взглядом ярды розовой ткани, струящиеся по полу вокруг нее.

– Просто… Мир такой огромный. Вы никогда об этом не думали?

– Нет, – быстро ответила Пенелопа. Она встала, скрестила руки и непонимающе уставилась на Элизабет. – Что тебе нужно за пределами Нью-Йорка и Ньюпорта? Прошлым летом в Ньюпорте было так весело, кстати! Лучшее лето в моей жизни.

Затем она помолчала и многозначительно добавила:

– Генри, кстати, тоже был там.

– Нет, не был, – встряла Диана, – По крайней мере, не все лето. Часть сезона он провел в Саратоге. Я помню заметки о нем. – Старшие девушки с недоумением на нее посмотрели, и тогда Диана продолжила более спокойным тоном, – Ведь он там был, тетя Эдит? Разве вы не помните, все говорили, что сын Вильяма Шунмейкера приехал в город?

Тетя Эдит, сидевшая с откинутой головой и полузакрытыми глазами, встрепенулась в полудреме.

– В чем дело? – спросила она, на мгновенье проснувшись – Не надо волноваться… – продолжила она сонным голосом, – Все эти страсти кипели, когда я была молода, а сейчас это никому не нужно… Пора забыть об этом…

Со всех сторон раздалось приглушенное хихиканье, достаточно тихое, чтобы не разбудить тетю, затем мистер Кэрролл вернулся к своей работе.

– Хорошо, моя великолепная леди, с вами я закончил, – пропел он.

Элизабет дружески подмигнула и позволила ему помочь ей спуститься на пол. Мистер Кэрролл давно был любимым портным сестер Холланд, они часто навещали его и считали, что у него безупречный вкус.