— У нас там кое-что напортачили, отправили вам не ту модель. Мне нужно забрать его назад, иначе мне конец.

Один из мужчин перестал жевать и посмотрел на остальных.

— Тебе же сказали, у нас перерыв.

И они с безмятежным видом продолжали жевать и глотать.

— Только скажите мне, где он, и я сам его найду.

Люди переглянулись. Один хихикнул:

— Его?

— Ага, что значит — его?

— Ребята, я очень тороплюсь.

— А пропуск у тебя есть? Это международное финансовое учреждение, мой друг. Вход строго по пропускам.

Они обменялись самодовольными взглядами людей со стабильной работой и хорошей пенсией. «Французам не помешает небольшой ядерный взрыв, — подумал Дима. — Их любовь к бюрократии граничит с патологией».

Дима схватил ближайшего человека за шиворот, и горячий кофе залил остальных двоих. Он приставил к виску рабочего пистолет, взятый у водителя, и повращал его, вдавливая в жир.

— Вот мой пропуск.

Двое других, вскочив из-за стола, забились в угол.

— Там… их всю неделю привозят.

— Но за последние два дня — только четыре штуки.

— Вот это уже лучше.

Дуло у виска всегда вызывает желание помочь.

— Их отнесли на второй этаж.

— И на третий.

Перескакивая через несколько ступеней, Дима обдумывал свои дальнейшие действия. Пожарная сигнализация не работает. Эвакуировать людей невозможно — даже если ему кто-нибудь и поверит. Если начать кричать: «Теракт! Все уходите!» — это привлечет внимание охраны, и его, скорее всего, просто застрелят.

Оставалось лишь продолжать поиски, но с каждой секундой катастрофа неумолимо приближалась. Он позвонил Кроллю:

— Второй этаж. Давай сюда, быстрее!

Добравшись до второго этажа, он распахнул первую попавшуюся дверь. Пять женщин испуганно подняли на него глаза.

— Здесь есть ксероксы, которые недавно привезли?

Женщины растерянно смотрели на него. Он побежал дальше: в следующей комнате было уже больше людей.

— Конечно, — ответил кто-то на его вопрос, указывая в сторону.

Дима развернулся. В углу, слева от двери, стоял серый агрегат; какая-то женщина, подняв крышку, положила на стекло лист бумаги.

— Стой! — крикнул Дима, подскочил к ней и схватил за руку.

— Извините, — ядовито произнесла она, выдергивая у него руку, — но я пришла первая.

И она нажала на кнопку. Ксерокс зажужжал, выплюнул копию, и женщина, отстранив Диму, направилась к двери:

— Некоторые люди совершенно не умеют себя вести.

В следующих двух комнатах также оказалось по одному ксероксу, и ими пользовались. Но агрегат с бомбой никак не мог функционировать.

В пятой комнате Дима обнаружил только одну женщину. Он подбежал к ней так быстро, что она взвизгнула и вскочила с кресла.

— Где новый ксерокс — «Имиджквик»?

Наконец-то осмысленное выражение лица.

— Вы техник? — Она улыбнулась. — Вам нужен офис Адама — это наверху.

— Где именно наверху?

— Слушайте, у вас такой вид… с вами все в порядке?

— Просто скажите мне, где это.

— Адам Леваль, заместитель директора по связям с общественностью.

Дима помчался наверх, перескакивая через три ступеньки, и ворвался в дверь с табличкой «Заместитель директора по связям с общественностью». Очередная девушка, занятая телефонным разговором: молодая, темноволосая, хорошенькая и недовольная. Она нахмурилась и прикрыла трубку ладонью:

— Вам назначена встреча?

— Ксерокс! — крикнул Дима, задыхаясь. — Где он?

Дима быстро оглядел помещение. Ксерокса не было.

Девушка вздохнула, указала на двойные двери и вернулась к своему разговору.

— Но вам придется подождать. Господин Леваль разговаривает по телефону.

Дима устремился к дверям. Девушка выронила трубку, словно та была раскалена добела, вскочила с кресла и бросилась к нему, чтобы преградить дорогу.

— Вы что, не слышали? И можно взглянуть на ваш пропуск?

Дима отстранил ее, окинув таким взглядом, после которого она осталась стоять на месте, затем распахнул двери в кабинет.

Современный офис: деревянные панели, письменный стол, стол для совещаний, окруженный дорогими кожаными креслами. Молодой человек разговаривал по телефону. Девушка не отставала; она схватила Диму за локоть:

— Послушайте, сюда нельзя.

Адам Леваль, заместитель директора по связям с общественностью, поднял глаза: молодое, умное лицо — лицо блестящего многообещающего юноши.