Шрифт:
«Странная какая-то реклама», — подумал Володя. Впрочем, выводы о том, что это за мир, делать было еще рано.
Еще на одном плакате отплясывали скелеты. «БЕССМЕРТИЕ В КРЕДИТ!» — сообщали черно-белые буквы. «От 10 тысяч рублей в месяц! Выплата — 500 лет»
Стальная лента, скрипя, подтягивалась к верхней площадке. Там, как и положено, стояли мусора. Володя посмотрел на них, и сердце его вдруг ёкнуло. Нет, люди в форме не были дохлятиной, как в его родном мире. Но и красавцами, как в Машином — тоже не являлись. Их рожи представляли собой что-то среднее. Они были похожи и на зомби, и на людей. У одного были впалые щеки. Другой был в алых прыщах с желтыми навершиями.
Прыщавый коснулся пальцами фуражки и обратился к Маше:
– Гражданочка! Вашу лицензию…
– Что? — оторопела Маша. — Какую лицензию?
Мусора переглянулись.
– На пользование красотой…
– Да что вы несете? — удивилась Маша. — Я первый раз такое слышу!
– Пройдемте, — Изможденный мусор подхватил Машу под локоть.
– Что это значит?
– Пройдемте, — настоятельно повторил мусор.
– Эй, мужики! — Володю наконец-то вывезло к ним. — Что случилось? В чем дело?
– Дело? — гнилозубо усмехнулся прыщавый. — Будет тебе дело, если хочешь.
– Уебуй отсюда, — посоветовал изможденный. — И скажи спасибо, что нам не до тебя.
Маша беспомощно смотрела на него.
Володя стоял на площадке и смотрел, как мусора уводят Машу в затхлую каморку.
«Что делать?» — пульсировало в голове. Ответа Володя не знал.
Славянский бульвар — Кунцевская
Володя вышел на улицу, под гнусный, моросящий дождик. Он чувствовал себя очень дерьмово. Хотя, если разобраться, задание он выполнил. Не очень чисто, но выполнил. Маша больше не вернется в свой мир. Она исчезла. Все, пиздец. Нет ее.
Нащупав в кармане синего костюма сигареты, Володя закурил.
Площадь Киевского вокзала не очень-то отличалась от той, что была в его мире. Та же суета, толчея, деловитые хохлы с баулами. Только хохлы были какие-то… неправильные.
Володя не понимал, что в них не так. Вроде бы обычные хохлы… обычные…
Понимание вспыхнуло в мозгу подобно молнии. Ну, конечно! Дело было в женщинах. Украинки — они ведь красивые. Но на уродливые ёбла дам, проходивших мимо Володи, лучше было и не смотреть. Некоторые из них, изрытые оспинами прыщей, напоминали лунный грунт. Некоторые лица были перекошены какой-то перманентной судорогой.
«Надо выпить», — понял Володя.
Было тошно. Особенно при мысли о том, что сделают с девчонкой мусора. Она ведь — красива. На фоне здешних мамзелей — она просто Елена Прекрасная. Вряд ли Машины документы в этом мире окажутся в порядке. А их-то мусора проверят первым же делом. И что они с Машей сделают? Эти двое — прыщавый и изможденный? А? Выебут?
– Блядь! — ругнулся Володя, отщелкнув в сторону окурок.
Впрочем, может случиться и так, что документы из того мира окажутся действительны в этом. Почему нет? Но как проверить?
Один вариант проверки был. Володя сейчас попробует купить бухла. Хотя бы в том вот аляповатом ларьке. Если деньги примут, значит, Маша спасется. Если же нет… Блядь.
При взгляде на витрину, как Володя оторопел. Названия напитков были какими-то чудными. Этикетка на одной из бутылок сообщала, что пиво, содержащееся в ней, называется «Помойное». Поверх надписи красовалась отвратительная свинская харя. Были здесь и «Мочегонный шмурдяк», и «Химическая отрава», и «Вонючее пойло». Некоторое время Володя рефлексировал на напиток, называвшийся «Обоссысь!» Потом переключился на жестяную банку с надписью «Мозголом». Мало того, к каждой этикетке были прикреплены бумажки с траурной каймой по краям. «Бухай, быстрее сдохнешь!» — прочитал Володя на одной из них.
– Берем что-нибудь? — спросил Володю из окошка продавец.
– Да, — сказал Володя. — Только… что ты, брат, посоветуешь? Чтобы не травануться?
– Хм, — сказал продавец. — Ты как с Луны свалился. «Свинячье говнище», что ли, возьми. Сорок пять рублей…
«Была не была!» — подумал Володя, нащупал в кармане одну из тысячных купюр и положил на затертое блюдце в окошке. Продавец на секунду-другую слово онемел.
– А что ты мне даешь? — неприязненно спросил он. — Это разве деньги?
«Что и требовалось доказать», — подумал Володя.
– Да вы все тут поохуевали, — заорал продавец. — Фальшивомонетчики, блядь, ебаные. Где ты, сучара, зеленую тысячную видел?
– Ладно, брат, проехали, — поморщился Володя. — Извини…
– Извини, блядь?! — взревел продавец. — Я тебя сейчас, суку, по ебалу извиню!
Продавец — здоровенный амбал, выпрыгнул из боковой двери ларька. Володя выдохнул и принял боевую стойку. Руками и локтями прикрыл лицо. Коленом яйца.