– Что собрат Валентино занимался запрещенными опытами, мы уже поняли, – перебил холодноватый голос. – Хм, Хитай… оболочки?

– Установлено, что из пятидесяти двух вампиров этой общины оболочки были наложены на тридцать четыре со-родича. Все Старшие.

– Сколько?! – ахнул самый экспрессивный. – Кровь первых вампиров…

– А приоритеты оболочек?

– Послушание главным образом. Еще статус. Подконтрольные вампиры высоко ценили свое положение и панически боялись его утратить.

– Безумие какое-то… рано или поздно кто-то из совета заехал бы, и…

– Гость из аур-совета был здесь некоторое время назад.

Слова Дауда грохнули не хуже петарды.

– Кто?

– И он ничего не заметил?

– Нет.

– Невозможно…

– Возможно, он был занят, – предположил Дауд. – Они с ауром Валентино полночи просидели, строя планы… на власть над аур-советом. Делили. На троих.

На этот раз Дауд, похоже, взорвал перед слушателями не петарду, а целый баллон газа. Зал вскипел:

– Что за…

– Ложь! Собратья, доверять словам наемника…

– Да Валентино всегда был со странностями!

– А кто был этот гость? Указать можете?

– Так вот почему Коррадо так внезапно рехнулся и напал на эту де… на виц-аура. Понятно!

– А кто еще один?

– В принципе это довольно легко проверить…

– Ложь! Ложь! Ложь!

– Я не вру! Клянусь своим племенем и огнем в очаге моего отца и деда, все правда! Я был там в ту ночь и подслушивал! Именно за это мне отрубили голову! Отрубил… – Дауд внезапно взлетел над полом и, проплыв несколько метров, завис перед лицом одного аура. – Ты.

– Позвольте, милейший… – На лице немолодого, очень красивого мужчины не отразилось ни страха, ни злости. – Вы заблуждаетесь.

– Только ты не знал, что я изменчивый! Не знал ведь?

– Аур Игнасио… – прошелестело по рядам. – Аур Игнасио…

И с этого момента в зале стало абсолютно тихо.

Обвиняемый не дрогнул.

– Успокойтесь. Я действительно ничего о вас не знаю. Хотя раса мутахаллиб достойна интереса и изучения, и в свое время я… но сейчас не об этом. Позвольте заверить, воин, что вы ошибаетесь. Кто бы ни пытался вас убить, это, безусловно, не я. Хотя бы потому, что у меня бы это получилось.

Дауд сверкнул глазами и хотел что-то сказать, но не успел. Игнасио заговорил снова:

– Собрат Мирто, вы у нас лучший специалист в этой области. Скажите, насколько можно доверять точности воспоминаний при таких обстоятельствах?

– По разным данным, от пятнадцати до сорока процентов, – отозвался вампир помоложе.

– То есть у нас все-таки есть шанс установить, чье лицо он на самом деле видел? По-моему, нам стоит попросить менталистов исследовать память… как вас зовут, повторите?

Дауд отшатнулся:

– Я не дам копаться в своих мозгах!

– Мы уважаем чужие желания… а в вашем случае понимаем необходимость скрывать воспоминания, но, боюсь, случай слишком серьезный. Вы же понимаете, насколько совет ауров заинтересован в истине? Собратья, кто порекомендует менталиста? Разумеется, для меня тоже. Хозяин… то есть… хозяйка здешней Инфериоры распорядится о подготовке помещений?

– Каких помещений?

– Для обследования. Ментального. Не волнуйтесь, там не требуется особой подготовки, – Игнасио ободряюще улыбнулся, и я поймала себя на том, что улыбаюсь в ответ.

Он выглядел таким уверенным… Немножко раздосадованным зряшными подозрениями, но искренним, заботливым, спокойным. И очень, очень уверенным.

Ну, то есть я бы поверила…

Но в зале по-прежнему было очень тихо. Слишком.

– Возможно, и правда стоит проверить… – негромко проговорил Раймондо.

– Я не дам меня обследовать, – взгляд Дауда заметался по рядам. – Я не…

– Ты зря волнуешься, воин, – мягко проговорил Игнасио. – Чтобы тебя успокоить, я готов пройти исследование первым. Ты увидишь, что это безвред…

– Нет!

– Да успокойся же ты! Мне тоже не доставляет удовольствия то, что меня считают убийцей!

– Но убивать нравится!

– …между тем как настоящий убийца… Что ты сказал?!

– Ты сказал. Тогда… вытер саблю о мое тело и сказал… я не сразу «умер», я слышал… «Смерть – естественная часть жизни, одно из множества превращений живого. Но как сладостно порой ускорить это превращение! Жаль, нечасто выпадает такое удовольствие». Приказал собрать разорванные четки … – Дауда пошатнуло, – две бусины до сих пор под полом лежат… их можно достать.