Аргентумы. Пришли в мой дом. Впервые…

– Приве…

Но они пришли не вести беседы. Не говоря ни слова, не задержавшись ни на секунду, серебряные мантии оказались рядом. Знакомый удар чужой силы, блеск серебра из-под капюшона – и я снова обездвижен, бессилен, закован в незримые кандалы. Резкое движение, треск ткани – содрали одежду. И не воспротивиться, не укрыться от взглядов глаз расплавленного серебра. Опять. Как быстро…

– Что вы делаете?.. – прозвучал возмущенный голос Подарка. – Вы…

– Молчать.

– Вы с ума сошли?..

А Шер молчал…

Нет! И ты замолчи! Я поймал ее взгляд и едва-едва, насколько мог, покачал головой. Нельзя. Не вмешивайся. Прошу… Шер, ты отвечаешь за Шера.

Тихо. Тихо. В комнате очень тихо. И холодно – аргентумы… Подавился этим холодом. Но сказать все-таки удалось:

– Приветствую… аргентумов… в моем доме… позвольте моим рабам… покинуть… комнату…

Еще секунда тишины и холода. Еще.

– Пусть идут, – наконец проронила одна серебряная статуя.

– А ты пойдешь с нами. Оденься.

Дарья

ОБЖ победили! На этот раз. Проснувшись утром, я пожалела и о том, что купила пацанов, и о том, что пила, и о том, что вообще на свет родилась. Голова болела так, что хотелось отправить ее в хладницу и пожить немного без нее.

Но куда ее денешь… Пришлось лечить сушняк водой, а головную боль массажем и аутотренингом. Ой, а нельзя этим птицам орать немного потише? А котам в коридоре шипеть потише!

Стоп. Котам? Откуда коты, у нас ведь только Левчик…

Я слетела с кровати, как бомбардировщик Ил-54 с аэродрома Кубинка. Вынеслась в коридор… и оцепенело уставилась на младшую покупку. Мальчишка черт-те с чего стоял на четвереньках и шипел на Левчика! Кот в долгу не оставался, и шипение мало-помалу перешло на повышенные тона.

– Так. – Я уперла руки в бока. – А ну тихо. Вы что, мышь не поделили?

Тагир тут же вскочил и привычно окаменел, Левчик презрительно дернул хвостом, показывая, что замечать каких-то там мальчишек – ниже его достоинства.

И понеслось. Если бы не завалявшаяся еще с родного мира упаковка анальгина, мне бы не жить. Разбудить мальчишек, отправить мыться, покормить, выудить Шера из вампирской лаборатории, отобрать прихваченную склянку, отправить приводить комнату в божеский вид. Покормить сторожков, вытащить из лаборатории Санни, разъяснить, что украденная им коробка – не пудра, а удобрение, отправить прибирать ванную. Проверить, не проснулся ли вампир, принять торговцев с продуктами, отложить отдельно обалденно пахнущую копченость – чей-то подарок Джано, выгнать из лаборатории Рада, отобрать пиалы, объяснить, что это не чашки. Приготовить обед, попробовать, не удержавшись, кусочек копченки, вытолкать из лаборатории Тагира, отобрать чучело черепахи, всучить игрушку, еще откусить копченочки, обнаружить хвост…

Хвост?!

Ой, мама… Ой, мамочка!!!

Хвост! У меня!!! Растет на… на… ну там, где положено хвосту, светлый, типа львиного, с кисточкой…

Ой, да что же это такое?

На мой рев прибежал Алишер, рассмотрел хвост – еще позавидовал, паршивец! – а потом предложил не паниковать, а подождать, пока проснется хозяин и отколдует это обратно… Пусть я только соберу образцы всего, что съела.

Но Джано проснулся в таком состоянии, что ему было не до хвоста…

Гомо бухиенс, говорят, – человек пьющий. Бухо сапиенс – пьянь разумная. А нетрезвый вампир у нас кто?

Бедолага, вот кто.

Достаточно сказать, что на смытую краску – полная неприличность по местным понятиям – в это невеселое похмельное утречко он не обратил ни малейшего внимания. Хотя какая там раскраска. Если бы сейчас в комнату ворвалась пара крылатых зеленых слоников и человеческими голосами заявила претензии на его ящерку из ящика, Джано вряд ли был бы в состоянии что-то ответить.

Бледный до… до… ох, давайте не будем уточнять? Первый раз за все время он реально походил на вампира. Хотя в сериалах, кажись, вампиры были просто бледные, без этой интересной прозелени.

Да, он назвал меня чудом и подарком судьбы. Я даже слова в ответ не сразу подобрала. Интересно, что бы он сказал, если бы я ему не воды поднесла, а, скажем, пива?

Так, не думать про пиво. Не думать про спирт. Не думать про алкоголь вообще, алкоголь – зло, алкоголь – зло. Ох, мне до сих пор от одного вида бутыли как-то нехорошо становится… чтоб они провалились, эти градусы. К Даизу, например. Вот кто их заработал по полной программе. Считайте меня параноиком, но мой хвост точно без него не обошелся. Вот чувствую! Чем – не спрашивайте.