— Я знаю, что в 1967 году в ходе Шестидневной войны Израиль захватил Храмовую гору.

— Хотя в попытке ублажить своих соседей-мусульман израильтяне позволили исламскому совету продолжать выполнять официальные функции управления святыней.

— Так что, хотя территориально Храмовая гора принадлежит евреям, управляют ею мусульмане.

— И как тебе, несомненно, известно, это соглашение неизменно сохраняется в ходе последовательных мирных переговоров, — с тяжелым сердцем произнес Кэдмон. — Не впервые я задумываюсь над тем, не был бы наш мир чуточку лучше, если бы Соломон никогда не возводил свой храм, поскольку это место остается самой кровопролитной ареной на земле.

Обмякнув в кресле, Эди уставилась на безобидный листок линованной бумаги.

Кэдмон также посмотрел на расшифрованное послание, пораженный новой догадкой и снова заговорил:

— И вот на сцене появляется безумец, нацеленный на уничтожение Купола скалы, чтобы можно было возвести на его месте третий храм. Обладая в своем арсенале Ковчегом Завета, имея в своем распоряжении хорошо обученную армию, он сможет без труда воспроизвести цепочку событий, повторяющих предсказания Ветхого Завета. Тем самым сделав так, что сбудутся пророчества Иезекииля.

— Ни в коем случае нельзя этого допустить, — прошептала Эди, напрягаясь. — Не знаю, известно ли тебе, что в последнее время все больше крепнет связь между христианскими и иудейскими фундаменталистами.

— Птицы с одинаковым черным оперением, — безжалостно заметил Кэдмон.

— Обе религии принимают пророчества Ветхого Завета. А это означает, что у Макфарлейна, вероятно, есть союзники в Израиле, горящие желанием помочь ему уничтожить Купол скалы.

Кэдмон покачал головой. Сценарий становился еще более страшным.

— Фанатики-христиане, действуя заодно с фанатиками-иудеями, распаляют ненависть фанатиков-мусульман всего мира. Любой из этих факторов — и вот уже глобальная нестабильность. Но если взять три фактора вместе, это уже может стать началом новой мировой войны.

Думая о том, что многие войны вспыхивали от подобного массового безумия — Средние века были одной сплошной кровавой бойней слепой веры, — Кэдмон отвернулся и уставился на неспокойное море за окном зала.

Ну сколько еще времени осталось до Мальты?

Кэдмон оторвал взгляд от карты, расстеленной на стойке бара.

Вакансия освободилась в самый последний момент. Они с Эди сидели в баре гостиницы «Драгонара», дожидаясь, когда горничная закончит убирать у них в номере. К удивлению Кэдмона, Ла-Валетта, столица Мальты, оказалась излюбленным местом для проведения всевозможных съездов и конференций. Вот и сейчас в этой гостинице на побережье собрались английские специалисты в области пластической хирургии. Поскольку Мальта в свое время входила в Британскую империю, остров по-прежнему пользовался любовью соотечественников Кэдмона. Он сознательно выбрал «Драгонару», чтобы затеряться в толпе. Если администратора или коридорного спросят, остановился ли в гостинице англичанин, ответ будет следующим: «Да, сейчас в гостинице живут две сотни англичан».

Прежде чем вернуть свое внимание к карте, Кэдмон, вспомнив прежние привычки, украдкой взглянул в зеркальную стенку за баром, изучая всех и каждого посетителя, мысленно прокручивая в голове всевозможные сценарии, пытаясь определить, от кого можно ожидать враждебных действий. Он предпочел бы сидеть за столиком где-нибудь в дальнем углу, но поток специалистов в области пластической хирургии, выплеснувшихся пропустить стаканчик перед ужином, вынудил его занять два высоких стула у стойки.

— Знаешь, я давно хотела спросить, а в Куполе скалы действительно есть скала?

— На самом деле эта скала, известная иудеям как «шетийя», считается краеугольным камнем мира. До того как фараон Сусаким похитил Ковчег Завета, тот стоял как раз на этой скале, — ответил Кэдмон.

Бармен, загорелый дружелюбный парень, поставил перед ними тоник и колу. Затем отточенным торжественным движением преподнес Эди тарелочку с жареными кальмарами и блюдце с нарезанным дольками лимоном.

— Grazzi, — по-мальтийски поблагодарила его Эди, и ответом ей стала улыбка, демонстрирующая ровные белые зубы.

Краем глаза Кэдмон проследил, как Эди выжала лимон — не на моллюска, а в колу. Продолжая наблюдать, он увидел, как она сжала губами кончик зеленовато-желтой соломинки. Он прекрасно помнил, как сегодня эти губы прикасались к нему.

Осторожнее, старина. Сейчас не время предаваться похотливым мыслям и подростковым мечтаниям.

Заново сосредоточившись, Кэдмон включил навигатор джи-пи-эс, продолжая переносить с помощью масштабной линейки координаты, обнаруженные в базе данных устройства, на топографическую карту местности. Он хотел иметь копию на тот случай, если батарейки навигатора внезапно умрут.