— Паром, что ли? — уточнил Павел.

— Ага… А ты чего ищешь-то, милок? — спохватилась дежурная. — На прииски дорогу? Так этакой карты нету, разве у парашютистов спросить… Сто второй номер — прямо и направо. Оне же по всей округе летают, как им без карты-то?

— Не, на прииски мне не надо, — вежливо отказался Павел. — Спасибо за буклет.

Парашютисты. В такой-то дыре… Хотя если уж самолет с большой земли — два раза в неделю, чего аэродрому простаивать?

Он сделал уже три шага в сторону лестницы, когда скрип тормозов за окном привлек внимание. Надо же — в гостинице, похоже, намечается аншлаг. Хорошо, что успели номера занять…

И только тогда до Павла дошло. Какой, к черту, аншлаг среди зимы в городе, где вся промышленность моет золото?

— Бабусь, — крикнул он от лестницы. — А что, жильцы-то у вас тут часто?

— Да какое там часто! — простодушно махнула та рукой. — Один командировочный, бывает, заселится с рейса… Так ведь самолет два часа назад прибыл, кому надо, уже пришли бы… Ты вот, например.

Терять время на ответ Павел не стал. Он просто шагнул поближе к входной двери, доставая «Гюрзу», встал сбоку, со стороны петель. Вовремя. На улице отчетливо хлопнула автомобильная дверца, и по снегу заскрипели шаги. Звякнул дурацкий колокольчик над притолокой и…

Да, этого человека Павел узнал и со спины. Только вот неправда, сам он так не сутулился, да и волос на затылке вроде как побольше… Или нет?

— Стоять, — произнес он тихо, прикладывая ствол к голове вошедшего. — Руки за голову. Оружие?

Левая рука уже ощупала бока и пояс двойника. Ничего. Тот даже не стал тратить слов на ответ, просто приподнял вверх руки.

— Вперед, на лестницу, — приказал Павел и добавил специально для изумленной до оторопи дежурной: — Брат мой. Это мы так шутим…

Двойник послушно шагнул на ступеньки. Произнес вполоборота:

— Если ты Головин, то пушку можешь убрать. Я пришел говорить, а не драться.

— Как узнал куда? — деловито осведомился Павел, стволом подталкивая гостя вверх.

— На аэродроме крутой самолет, слишком дорогой для местных. Эта гостиница ближайшая.

— Логично… Шагай, шагай. Второй этаж и налево…

Дорога вверх далась куда легче, чем вниз. Надо же, всего-то одна маленькая победа, а какое влияние на боевой дух!.. Ну и где, спрашивается, все твои предсказания, меченосец Марутта, без пяти минут творец?

— О, командир! — приветствовал Федор, едва двойник переступил порог. — Проходи, садись. Тут братья по разуму угощают!

— Чего? — не понял Павел, входя следом.

— Так это… — Федор сел. — А как же?..

— Сам пришел, — великодушно пояснил Павел.

— Интересно, — произнес Марутта. С удивлением он справился почти мгновенно и невозмутимо продолжил распаковывать сумки. В ручной клади гипербореев, оказывается, было не только железо. По комнате остро пахло морепродуктами. Очень вкусно пахло даже через упаковку — то ли пергамент, то ли папирус… Три полупрозрачные бутыли с темной жидкостью пока не пахли, но наводили на вполне понятные ассоциации.

— Я посчитал, что перед операцией воинам нужно восстановить силы, — сказал гиперборей. — Ну а раз операция, по сути, уже проведена…

Вместо окончания фразы он выставил еще одну бутыль.

— А стеречь его мы с Федором будем? — холодно осведомился Павел. — Убирай! Пьянки после победы!

После какой победы? Почему после победы, а не по возвращении в Москву, например?.. Ошарашенный собственными словами Павел так и не успел понять, откуда они взялись, потому что меченосец мягко сказал:

— Ты, кажется, не понял, это не алкоголь. Вернее, не только алкоголь. Настойка трав и экстракт из органов различных рыб — восстанавливает силы, ускоряет реакцию, пополняет энергетический баланс организма. Очень полезно для полета или боя. А прямое действие спиртовых фракций смеси проходит уже через четверть часа.

— У гипербореев? — уточнил Павел.

— У гуманоидов всех известных нам рас, — поправил меченосец. — Землянам пополнение баланса не грозит… Но в конце концов, это просто вкусно.

Павел оглядел воинов. Кто-то уже кромсал кинжалом рыбу и прочих морских гадов, не снимая упаковки. Кто-то срезал об меч пробки с бутылок и расставлял пластиковые одноразовые стаканчики.

— Я пришел говорить, — произнес двойник, опуская руки. — А говорить лучше всего за хорошей закуской. Располагает к общению.

Павел еще раз оглядел тесную комнату. На окнах решетки, четыре вооруженных гиперборея… Да никуда он не денется, в конце концов!

— Сядь к окну, — приказал он. — Марутта, двоих надо выставить перед дверью. Едят и особенно пьют пусть по очереди. С интервалом в пятнадцать минут.