Гиперборей согласно кивнул и сказал несколько слов по-своему.

Двое меченосцев тут же пододвинули к столу еще одну кушетку со стороны окна. Клон без всяких возражений продвинулся к указанному месту и уселся, нимало не беспокоясь о том, что лишается почти всякой свободы маневра.

Павел тоже сел — по другую сторону стола. Меченосец покидал на картонную тарелочку несколько кусков из разных упаковок, плеснул в стакан из бутылки и поставил все это рядом с «Гюрзой», которую Павел, демонстративно сняв с предохранителя, положил перед собой.

— Начинай вот с этого, — подсказал гиперборей. — Потом по кругу, вращая тарелку по часовой стрелке.

— Зараза! — высказался наконец Федор, не сводивший глаз с чужака. — Как же все-таки похож…

Павел раздраженно покосился на опера. Потом осторожно попробовал предложенное блюдо.

— Сразу запивай, — по-прежнему невозмутимо посоветовал меченосец, как будто совершенно забыв про клона. — Тогда жирный оттенок печени трески будет заглушен терпкостью медовика.

Павел послушался, стараясь делать не слишком большие глотки. Действительно, вкусно, черт! Остается только снисходительно выдавить, глядя на чужака, что-нибудь вроде: «Сдается мне, ты, мил-человек, мусорок…» Прямо как на «малине» у Горбатого ни дать ни взять.

— Ты, это… — буркнул Павел, опуская взгляд к тарелке. — Есть хочешь?

— Ужинал еще в Иркутске, — отозвался двойник. — В самолете не кормили.

Гиперборей кивнул одному из своих воинов, и тот моментально организовал еще одну тарелку со стаканом.

— Н-да… — произнес Федор. — Самое время потребовать сыграть «Мурку»?

Марутта удивленно уставился на землянина. Двойник же в отличие от меченосца понял мгновенно.

— Правильно, — согласился он. — Нам бы те заботы, что у Глеба с Володей…

Павел поперхнулся рыбой и закашлялся. Хотя чему удивляться? Сателлит, он ведь на то и сателлит, чтобы повторять оригинальный мир в большинстве деталей.

— Мы обыскивали самолет, — произнес он, восстановив способность дышать. — Тебя там не было.

— Обыскивали? — Клон удивленно поднял брови. — Ну да, у вас же эти штуки для замедления времени…

— Ускорения, — машинально поправил гиперборей.

— Неважно. В пилотской кабине смотрели?

Земляне молча переглянулись с меченосцами. И ведь даже посетовать не на кого! До осмотра пилотской кабины просто руки не дошли.

Павел рассеянно прожевал кусок. Легко шефу приказывать — самого-то хлебом не корми, дай развести врага на откровенность. Вот о чем сейчас надо говорить? Пытать клона, откуда тот явился? Как устроен его мир и чем он лучше земного? Требовать раскрыть зловещие планы колонизации Ствола вероятностей?

В робкой надежде он покосился на меченосца, но воин, похоже, не собирался участвовать в переговорах. Ей-богу, Павел обрадовался бы сейчас даже Градобору — у того хоть язык подвешен как надо…

Впрочем, можно поступить и проще.

— Ты хотел говорить, — напомнил Павел двойнику. — Приступай. Мы слушаем. А потом мы встанем из-за стола и полетим обратно в Москву.

Чужак с явным сомнением оглянулся на окно, за которым продолжал крупно валить снег. Но слова его оказались не о погоде.

— Мне нужна помощь, мужики. Вы это можете, я знаю — долго за вами следил. Сначала думал — врагами будем. А теперь выходит так, что и просить больше некого.

Павел уставился чужаку прямо в глаза. И встретил твердый, уверенный взгляд человека, хорошо знающего, что он может и чего хочет. А также — чего не может. Что ж, умно. Умно… Просьба о помощи расслабляет противника, убеждает его в собственном превосходстве, ставит как будто бы на ступеньку выше… И в то же время — ничего зазорного для просящего. Хороший способ завязать партнерство и даже примириться с не слишком идейным соперником.

— Ты вроде и сам парень не промах, — заметил Сергеев, устав ждать реакции от напарника. — Чего такого ты не можешь сделать без нас?

— Стать им. — Клон кивнул на Павла. — Мне сказали, что переговоры будут вести только с Головиным. А это… очень важные переговоры.

— Кто сказал? — продолжил допрос Федор, покосившись на тормозящего напарника. — Имя, фамилия, адрес?

— Я не знаю. Этот человек как-то вышел на меня сам.

— Когда и при каких обстоятельствах?

— Недели три назад он просто пришел ко мне в приют.

— Допустим… — Сергеев кивнул. — Ты хоть приметы запомнил?

— Погоди, Федя, — вмешался наконец Павел и снова посмотрел на двойника. — Ну пришел к тебе какой-то фраер, ну сказал… С какой стати ты ему поверил? Нашу-то группу вон как грамотно встретил — парни слова сказать не успели.

— Да. — Двойник кивнул. — Все правильно. Того я тоже пристрелить хотел. Но он знает много такого, чего не должен знать. Потому, в общем, и поверил…

— Что он знает? — снова не удержался Федор. И Павел молча присоединился к его вопросу.