РАЗЛАД

В звоне томительных дней,

После каникул,

Вдруг он из жизни твоей

С легкостью выпал.

Не из созвездья звезда

В гаснущем крике, —

Выпал птенцом из гнезда,

Строчкой из книги.

АРТИСТКА

Печально сжала пухлый рот,

Глаза наполнила слезами:

— Я не люблю таких острот,

Вот так мы все и портим сами…

— Каких острот? Не будь смешной!..

— О! Ты считаешь, это малость? —

Но говорила не со мной,

А словно бы в кино снималась.

Я все упорствовал: — Позволь!..

Отрезала: — Не место спорам! —

Как прима, что играла роль,

А я случайным был партнером.

«Я прошу у Вас давно…»

Я прошу у Вас давно:

После часа

Разрешите к Вам в окно

Постучаться.

Травы зыблются светло.

Что Вам снится?..

Постучаться к Вам в стекло,

Как синица

Или дождик ноготком

По карнизу.

Только дайте мне тайком

Вашу визу, —

Встречным сдержанным кивком,

Взором — книзу.

ПРИЗНАНИЕ

Опять эта память взлетает, как птица —

Размолвки забыты, обиды не в счет.

Пусть я виноват, но ведь, как говорится,

Повинную голову меч не сечет.

Ах, как эта память светла и крылата.

Но если правдивым и вправду почет,

Я вам признаюсь, что любил вас когда-то, —

Повинную голову меч не сечет.

Былое вдали проступает все резче,

И снова рассвет вдоль заборов течет.

Осталось сказать, что люблю вас, как прежде,

Повинную голову меч не сечет.

Но только боюсь, это будет словами

И в сторону попусту нас отвлечет.

Поэтому молча стою перед вами, —

Повинную голову меч не сечет.

ВДАЛЕКЕ ОТ ДОМА

Вдалеке от дома в добрый час

Вспомним тех, кто вспоминает нас,

А еще, коли достанет сил,

Позабудем тех, кто нас забыл.

ТВЕРДОСТЬ

Не умолкли в мире трубы,

Не окончены труды.

И скажу, что ваши губы

Недостаточно тверды

Для того, чтобы, ликуя,

Песни петь среди ветров.

А еще — для поцелуя.

А еще — для жестких слов.

«Сидела она в уголке…»

Сидела она в уголке,

Где ходики чутко стучали,

И книгу держала в руке

С закладкою в самом начале.

И весь ее ласковый вид,

Приятный внезапному взору,

Уютен и так домовит