Она ушла, оставив ребенка наедине с его внутренним демоном, еще более циничным, а главное — совершенно с ней согласным.

«Ладно, мы тоже циники».

— Школа, — сказал Ромка. — Подать мой личный болид. И снять с него защиту владельца.

Имеет он право сделать Исе подарок?

— Можно идти. — Иро Хан еще раз осмотрел Ромкино обмундирование и кивнул в сторону трещины в стене. — Тебе сюда, парень. Будь осторожен.

— Буду, — пообещал Ромка и полез под землю.

Сначала это была трещина — часть насыпи, покрытая снаружи каменными плитами, осела, сверху протекла дождевая вода, размыв проход и нанеся листья и мелкий городский мусор. А потом в полу обнаружилась дыра, а под дырой — неярко, но все же освещенный тоннель. На дыре — прямо в воздухе — лежали листья, откуда Ромка заключил, что тоннель закрыт щитом.

На этот счет у него имелся артефакт — кольцо на пальце. Мальчишка повернул его камнем внутрь и положил на камень подушечку большого пальца. Отдал команду собакам. И, встав на середину дыры, солдатиком ухнул вниз.

Падения не получилось. Где-то на полпути сработал антиграв, и Ромка, изобразив что-то из «Матрицы», красиво опустился на пол. Огляделся.

Собаки уже заняли оборонительную позицию — обнюхали все вокруг и расслабились. Опасности нет.

Тоннель зарос плющом, который, кстати, и светился. Издержки магии — школьники сойдут с ума, изучая фотосинтез. Сам свечусь, сам поглощаю свет и выделяю кислород.

В воздухе летали бабочки, не те, что рисуют на открытках, а больше похожие на ночных. Что-то среднее. Впрочем, их было немного. Да еще вдоль стены прошуршало что-то мелкое прочь от Ромки и его собак.

— Лар, ты как?

— Ослеп, сканирование отключено напрочь.

— Но видишь?

— Глазами — да.

— Ну — вперед.

Вперед — это сильно сказано. Дворец был на востоке, тоннель шел на юго-восток и немного вниз. Строго говоря, схемы старого города, его подземной части, сохранились, но это были плохие схемы. Тогдашняя Империя сильно походила на сегодняшнюю Землю, в том числе и терроризмом походила. И служебные тоннели проходили под грифом «Для служебного пользования». Ромка представлял себе это как работу с документами из Древнего Египта. Каменные плиты с официальными текстами сохранились. А вот секретные документы — вряд ли. Те же шесть тысяч лет, между прочим, а где искать схему древнеегипетского метро? То-то.

Метров через триста тоннель раздвоился, и Ромка свернул на восток. Карта у него была, видимая вторым зрением и очень удобная, трехмерная. На ней горел огонек, показывающий нынешнее Ромкино положение, и по всему выходило, что идет он сейчас прямо сквозь базальтовую скалу. Зато идет к одному из больших тоннелей.

Двигались так, как велел инструктор клана — собака впереди, затем мальчишка со второй собакой и третья собака сзади. Под ногами шуршали и иногда трещали, ломаясь, стебли плюща, в воздухе пахло сыростью, но запах не был неприятен.

— Нормальный человек уже сошел бы с ума, — сказал Лар. — Не забывай об этом.

— А те, кто тут остался — ну, на момент заклинания, — они тоже сошли?

— Нет. Они нет. Это барьерное заклинание.

— А я почему?

— А ты… Ты как та маленькая девочка.

— Да, — скромно сказал Ромка. — Я страшный. — И в этот миг на них напали в первый раз.

Зарычала собака, дрогнул воздух, и из него возник стальной клубок, видимый лишь наполовину, там, где он соприкасался с Ромкиным щитом. Пискнул индикатор перегрузки — щит не справлялся. Затем — точнее, одновременно — собака бросилась в атаку. Щелкнули челюсти, и сталь оказалась слабее. Разлетелась обломками.

Однако этим дело не закончилось. Собака отскочила в сторону от Ромки, а две другие, напротив, встали между ними. Словно защищали, а еще через пару секунд Ромка понял от чего — собака прорастала стальными волокнами. Прорастала и одновременно боролась с ними, Ромка не совсем понимал чем — иммунитетом, что ли? Волокна вырастали, отваливались, рассыпаясь ржавой трухой… Выглядело это, как в аниме изображают бешеных животных, забившихся в угол, злобных.

Победила собака. Волокна опали, победитель встряхнулся и — вот тебе и машина для убийства — помочился на ошметки своего врага. Затем побежал вперед, а его место рядом с Ромкой занял второй пес.

— Это был комар? — спросил Ромка.

— Нет. Я не знаю, что это было. И в следующий раз — стреляй.

— Я не успел. Да. Буду стрелять.

— И еще. — Лар говорил медленно, словно ему не нравилось то, что он собирался сказать. — Помнишь, Лиса сказала, что твои щиты доимперской технологии не пробить?

— Помню. Лажа, я уже понял. Они тут тоже развивались.

— Да.

— Переходим к плану Б. Бегать и прятаться.

За те четыре сотни метров, что надо было пройти до главного коридора, комары атаковали еще трижды, и Ромка трижды стрелял. Идеальная мишень — залипший в щите моток колючей проволоки размером с кулак на расстоянии вытянутой руки. Выстрел разносил противника в мелкую пыль, раскаленную, сгорающую на лету.