Откуда-то сверху сочился свет, и я сумела разглядеть похитителя. Он выглядел почти как человек, только глаза слишком большие. А еще он был ниже ростом. Кожа отливала белизной – видимо, они приспособились к здешним условиям. Сердце бешено колотилось – я гадала, какие у этого существа зубы.

– Ани идут жа вами, – сказало существо.

Значит, мне не мерещилось. Кто-то и впрямь крался за нами в темноте. От страха у меня даже мурашки по коже побежали.

– Уроды?

– Мы их жовем Едоками. Пошли.

– А мой напарник?

Мой собеседник лишь пожал плечами:

– Он нам не нужин.

– Я его одного не оставлю! Он погибнет, понимаешь ты или нет?

– Ну и што? Пашли.

Я слышала шаги Невидимки где-то вдалеке – точнее, он не шел, а бежал. Не звал и не кричал – это опасно, но скоро начнет выкликать мое имя в темноте. Наверное, он вне себя от беспокойства – ведь я взяла и исчезла. Заорать? Позвать на помощь? Невидимка услышит, но похититель ведь тоже может взбелениться. Да и Уроды набегут…

Он провел меня в комнату со скошенным низким потолком. Я там даже распрямиться не могла. Вокруг столпилось штук двадцать таких же, как он, – трогали волосы, щупали и обнюхивали меня. Пахла я – после нескольких дней в туннелях – не ахти, но если они вздумают напасть – я их разделаю. Ну или они меня. Другого выхода я не видела. Здесь, по крайней мере, можно развернуться для хорошей драки. Я не в самой лучшей форме, но эти существа выглядели смирными и не очень сильными – скорее хитрыми. Они выжили, потому что хорошо прятались и неслышно подбирались, а не потому что умели отбиваться от сильного врага.

– Вам чего от меня надо? – строго спросила я.

Они переглянулись, и тот, что выволок меня из туннеля, сообщил:

– Новая кровь.

Ну конечно. Наверняка у них полон рот острых зубов.

– Мою не получите!

– Ниправильно понимаишь.

Да плевать мне, понимаю я или нет! И плевать мне на них и на их желания! Что им от меня надо? Петь, танцевать, сказки рассказывать? Или просто на манер столба стоять, потолок подпираючи?! Я покачала головой и попятилась к узкому туннелю, из которого меня вытащили. Комнатка была узковата для дубины – не размахнешься. И я плавным движением обнажила кинжалы.

– Не останусь. У меня еще дела в другом месте.

– Не астанишься, Едоки обгложут тваи костачки.

– А тебе откуда знать?

– За вами идут умные-умные Едоки.

«Умные. Те самые, что перебили население Нассау».

– Так что, Уроды разные бывают? – спросила я.

– А ты што, сама ни дагадалась? – И белое существо с неудовольствием покачало головой.

– Те, что рядом с нашим анклавом бродят, не такие. Не похожи на тех, что мы видели в Нассау.

– На-са-у? Это где все мертвые?

Я кивнула:

– Да. Нам велели узнать, как там и что.

– Ваши не любят вас, я сматрю. Аставайся.

Я оглядела толпу – белые, бледные, ждущие лица, огромные глаза. Страшненькие, но безобидные. Если я попытаюсь прорваться, они не сумеют меня удержать. Но как я пойду в кромешную тьму одна, совсем одна?

И тут я вспомнила – Невидимка! Он же там без меня, один – и он ищет меня! Он же не развернется и не пойдет в анклав! Он будет искать дальше! В этом я совершенно уверена. А у него и так уже напарник погиб – и если Невидимка снова вернется в одиночестве, его точно убьют! В этом сомневаться не приходилось – особенно после того, как старейшины приказали убить того мелкого.

– Если хотите, я воспользуюсь вашим гостеприимством – нам нужен отдых. Все, больше нам ничего не нужно. Но я отдохну только после того, как отыщу напарника! Ну а потом можно подумать и о торговле – нам нужно с кем-то обмениваться товарами.

В поставках и в том, что пользовалось спросом, я особо не понимала, зато знала наверняка – у нас есть кое-что особенное.

– У нас есть рыбные садки. Может, подумаете об обмене?

Они быстро посовещались между собой, и тот, что меня тащил, кивнул:

– Договорились. Мы разделим огонь, пока Едоки не уйдут. Но напарника свого будишь искать сама!

Ну и ладно. Кивнув в ответ, я развернулась и нырнула обратно в туннель. Чернильная темнота тут же окружила меня. На мгновение я застыла и попыталась сориентироваться. И напрягла слух, пытаясь различить звук дыхания или хоть какой-то намек на движение. Но нет, ничего. Только сердце колотится в ушах.

Ну и куда он мог деться? Навряд ли пошел обратно. И я свернула влево и крадучись двинулась вперед, то и дело останавливаясь и прислушиваясь. Дойдя до развилки, я снова остановилась и что-то такое… уловила.