— Как ведет себя Толстяк Шон?

— Пока молчит.

— Копит силы?

— Толстяк осторожен, сейчас он пытается понять, действительно ли на него напал Борис.

— Поймет?

— Мы подкинули ему достаточно доказательств. — Яна улыбнулась. — Но Шон не станет воевать днем.

— Значит, все действительно идет по плану, — резюмировал Кортес.

— Не совсем. — Девушка вопросительно посмотрела на друга.

Наемник понял, что она имела в виду.

— Балдер запаздывает.

— Но он придет?

— А куда он денется?

И в подтверждение его слов в дверь позвонили. Артем довольно усмехнулся, Захар заметно расслабился, Инга вернулась к созерцанию ногтей.

— Разговаривать будем мы с Артемом, — напомнил Кортес. — Яна?

— Он один. — Девушка быстро просканировала окрестности. — Все как надо.

Звонок повторился.

— Тогда начинаем. — Кортес посмотрел на молодого наемника.

Тот кивнул и отправился к входной двери.

— Кого я вижу!

— Добрый день, товарисч! — Балдер в упор посмотрел на наемника. — Давно не виделись.

— Прогресс налицо, — рассмеялся Артем. — Но, извините, Вольф, по-русски вы говорите еще хуже, чем по-испански.

— Можно войти?

— Пожалуйста.

Наемник посторонился, и худощавый фэбээровец прошел внутрь. Держался Балдер спокойно, уверенно, лишь скользнул взглядом по двум мощным дверям, через которые ему пришлось пройти. Зато оказавшись в комнате, фэбээровец не смог сдержать удивленный возглас:

— Черт!

Две девушки на диване, в углу крепыш, рядом с ним свободный стул, а за столом давно знакомый Балдеру здоровяк с коротким ежиком каштановых волос, и кресло, явно предназначенное для гостя.

— Вы меня ждали!

— Нам есть о чем поговорить, Вольф, — улыбнулся Кортес. — Проходите, не стесняйтесь.

— Вы специально попались мне на глаза!

— Но ведь вы это поняли сразу. Поэтому приехали сюда один. Кстати, где ваша колоритная напарница?

— Галли временно отстранена, не прошла физический тест. — Фэбээровец облизал губы. — Но вы ошибаетесь, думая, что я один. В настоящий момент дом окружается группой захвата. Вокруг снайперы. Идет скрытая эвакуация жителей.

— Кофе, сок, вино?

— Нет, спасибо.

Балдер занял приготовленное для него кресло, закинул ногу на ногу и с независимым видом посмотрел на Кортеса.

— Если хотите, я могу представить вам своих друзей, — вновь улыбнулся наемник.

— Лишнее, — буркнул Вольф. — Вы ведь не назовете настоящие имена.

— Как вам будет угодно.

— И еще. Я сообщил начальству, куда отправился, и предупредил, что если не подам сигнал через час, значит, моя жизнь под угрозой. Сюда будет направлен спецназ.

— В таком случае, не будем тратить время на пустые разговоры. — Голос Кортеса похолодел. — Что вам надо, Вольф?

— Мне? — опешил фэбээровец.

— Что надо мне, я знаю без вас. У меня есть задача, которую я должен решить. Я приступаю к ее выполнению и неожиданно встречаю вас. Заметьте: встречаю второй раз. Я не верю в совпадения, а потому спрашиваю: что вам надо? Ваше начальство успокоилось и строит планы пилотируемого полета к Плутону, вы же продолжаете рыть землю. В чем дело, Вольф?

— Это моя работа. Я провожу расследования и узнаю правду.

— И какое же расследование вы проводите сейчас?

Балдер в упор посмотрел на наемника.

— Выстрелы в шею, пули сорок четвертого калибра, крови почти нет. Однотипные преступления, совершаемые в Нью-Йорке на протяжении многих лет. Мне известно о двух десятках случаев, но думаю, что их значительно больше.

— Почему газеты не трубят о появлении очередного кошмарного убийцы?

— Потому что… — Фэбээровец отвел глаза. — Потому что…

— Потому что вы поняли: стоит открыть рот, и появимся мы, — вздохнул Кортес. — И скроем все следы.

— Да! — резко ответил Балдер. — Именно так! Я начал расследование незадолго до нашей первой встречи, а после знакомства с вами понял, что нити потянутся к вам. Или к вашим хозяевам. И мне покажут еще одно увлекательное, но совершенно бессмысленное шоу, призванное скрыть реальное положение дел!

— А вы хотите знать правду?

— Да! Хочу!

— Я думаю, есть еще одна причина, почему специальный агент Балдер предпочитал не афишировать свои действия, — подала голос рыжая девушка. — Мне кажется, он пришел к весьма странным выводам, а потому, прежде чем идти к начальству, решил собрать неопровержимые доказательства.