Эйдан приготовился к худшему.

— Маги ничего не…

— Нет, нет. — В этом-то отчасти и заключалась ее проблема. Тревор ничего плохого не сделал, просто обманул ее ожидания. — Эйдан, скажи мне, когда ты путешествовал и столько всего видел, что ты чувствовал?

— Бывало и здорово, и отвратительно, но в целом — чудесно. — Вспоминая, он рассеянно гладил ее волосы. — Ты бы, наверное, сказала, что тогда и моя голова переполнилась, а странствия были моим способом избавиться от ненужного.

— Но ты вернулся. — Дарси отстранилась, вгляделась в его лицо. — Ты столько повидал, но ты вернулся сюда.

— Здесь дом. Если честно… — Большим пальцем Эйдан стер слезу с ее щеки. — Я не думал, что вернусь, во всяком случае, когда уезжал отсюда. Тогда я думал: вот Эйдан Галлахер отправляется повидать мир и найти в нем свое место. Но оказалось, что мое место всегда было здесь. Просто нужно было уехать, чтобы это понять и вернуться.

— Мама с папой не хотят возвращаться. — Глаза Дарси снова набухли слезами, хотя она была уверена, что уже выплакала все. — Иногда я безумно по ним скучаю. Конечно, не каждый день, но иногда, как подумаю, что они в Бостоне, в тысячах миль отсюда, просто дышать не могу.

Злясь на себя, что так расклеилась, Дарси стала отчаянно тереть лицо руками.

— Они приезжали на свадьбы и опять приедут, когда родится твой ребенок, но все равно это не то, что раньше.

— Да. Я тоже по ним скучаю.

Дарси кивнула. От его слов ей стало немного легче.

— Я знаю, что они там счастливы, и это помогает. Когда они звонят или пишут, у них столько новостей, они так гордятся «Пабом Галлахеров», который построили в Бостоне.

— Мы теперь международная франшиза, — гордо сказал Эйдан и с радостью увидел улыбку Дарси.

— Следующий паб построим в Турции или еще где-нибудь. — Дарси вздохнула. — Они там счастливы, и я знаю, что когда-нибудь навещу их, но я боюсь, что если уеду, то могу и не вернуться. Эйдан, я очень хочу путешествовать, увидеть другие страны, но я не хочу терять то, что у меня есть здесь.

— Суть не в потерях, а в переменах. И ты не узнаешь, что изменится, пока не уедешь. Тебе не терпелось уехать, как только ты стала самостоятельной. Я был таким же. Вот Шон никогда не хотел уехать, ему это даже в голову не приходило.

— Иногда мне хочется быть такой, как он. — Дарси пристально посмотрела на Эйдана. — Но если ты когда-нибудь передашь ему эти мои слова, я поклянусь, что ты солгал.

Рассмеявшись, Эйдан дернул ее за волосы.

— Вот так-то лучше.

— Подожди, это еще не все. — Дарси сунула руку в карман, сжала пальцами драгоценный камень. — Я должна решить, прав ли Тревор и следует ли мне подписать его контракт и позволить ему сделать из меня певицу.

— Ты и так певица.

— Там другое, и ты это знаешь.

— М-да. Ты интересуешься моим мнением?

— Хотелось бы и его положить на чашу весов.

— Ты будешь прекрасной певицей. И я говорю это не потому, что я твой брат. Когда я скитался, мне довелось слышать множество голосов. Дарси, твой лучший и всегда был лучшим.

— Да, я могла бы петь, — тихо согласилась Дарси. — Я верю, что никого не подведу, наоборот, оправдаю все самые смелые ожидания. И мне это понравится. — Ее глаза заблестели. — Я, кажется, могла бы прожить на одном только внимании и интересе людей, без еды и питья.

— Тогда пиршество тебе обеспечено.

— Наверное. Тревор сегодня устроил разговор с директором лондонского филиала, Найджелом. Тот не обещал мне дорогу, устланную розами, и я благодарна ему за это. Это будет тяжелая работа.

— Ты умеешь работать. И умеешь ловко увиливать от работы, что не менее важно.

Еще один камень скатился с ее плеч.

— Не пришлось бы увиливать, если бы ты не был безжалостным эксплуататором. У меня такое чувство, что Тревор вылеплен из того же теста. Он подгоняет меня, а мне это не очень-то нравится.

— Похоже, ты все уже решила.

— Похоже. — Дарси помолчала, прислушиваясь к себе, и обнаружила, что испытывает облегчение, но никак не волнение. Волнение придет позже. — Я еще не все разложила по полочкам и не готова дать ответ Тревору. Пусть помучается еще немного и, может, поднимет ставки.

— Умница.

— Сделка на условиях Галлахеров. Но и это еще не все. — Затаив дыхание, Дарси вытащила из кармана сапфир и протянула его Эйдану. И не удивилась, заметив в его глазах мгновенное узнавание и что-то вроде смирения.