— Узрите, на что способна ваша королева! — воскликнула она, сверкая глазами. Её крошечные пальцы закрутили энергию в острый клин, который она послала сквозь землю туда, где слышалось гномье кряхтение. Сокрушительный взрыв, от которого земля вспенилась, а камни полетели ввысь, оставил после себя глубокий кратер.

Опал вновь переключили свое внимание на вторую печать.

— Ты видишь гнома? — спросила она у Оро, вглядывающегося в дыру.

— Я вижу ногу и много крови. Нога дергается, значит, он еще жив. Я вытащу его оттуда…

— Нет! — отрезала Опал — Ты должен быть в поле мамочкиного зрения. Отправь своих землероек убить его.

Если бы магические оковы не подавляли волю Оро, он бы давно заставил Опал поплатиться за постоянное пренебрежение к старейшим, но даже мысль о том, чтобы сделать замечание своей королеве, заставляла его желудок сжиматься в судорогах.

Когда боль улеглась, он приложил пальцы к губам, стараясь свистнуть своим соратникам. Свистеть такими необычными пальцами оказалось непросто. Звук, сорвавшийся с губ, больше походил на слюнявое сипение.

— Что это за сигнал, шеф? — сказал Ежви Хан, гном, который когда-то умело обращался с топором. — Это перерыв на обед?

— Нет! — закричал Оро. — Мне нужны мои землекопы. Собраться вокруг.

Кролики стали быстро сбиваться в кучу возле его ног. Их маленькие усы подрагивали в нетерпении.

— Взять гнома, — приказал Оро. — Я бы сказал: «принести его живым», но сомневаюсь в ваших нынешних возможностях.

Кролики пристукнули задними лапами в знак согласия.

— Итак, приказ довольно прост, — сказал он, с оттенком сожаления. — Убейте его.

Толпа кроликов повалила в дыру, алчно вгрызаясь в раненого гнома.

«Быть убитым кроликами, — думал про себя Оро, — далеко не самый лучший способ покинуть этот мир».

Оро не хотел на это смотреть. Гномы были частью волшебного народца, и при других обстоятельствах они могли бы быть союзниками. За своей спиной он слышал хруст костей и шелест обрушивающейся земли.

Оро вздрогнул. Он предпочел бы лицом к лицу столкнуться с троллем, чем с кучкой плотоядных кроликов.

Стоя на платформе, Опал почувствовала, как на ее сердце полегчало, когда прекратились страдания еще одного недруга.

«Скоро твоя очередь страдать, Жеребкинс», — думала Опал. — «Но убить тебя было бы слишком просто. Может быть, ты уже страдаешь. Может быть, твоя прелестная женушка уже открыла подарок, который послал ей мой маленький гномик».

Опал напевала короткую песенку, пока разбиралась со второй печатью.

Опал не осознавала этого, но она напевала популярную песню из шоу Пипа и Кипа.

В Гавани дела никогда не шли так плохо, как сейчас. Даже эльфы-телепаты, которые легко могли видеть картины прошедших тысячелетий и любили вдалбливать школьникам, как хороша жизнь сегодня по сравнению с тем, какой она была в те годы, должны были признать — это был самый черный день в истории Гавани.

Жители Гавани переживали самую темную ночь в их жизни, которая стала еще темнее из-за отсутствия питания в сети. Единственными источниками света оставались лишь сигнальные лампы, работавшие от старых подземных геотермальных генераторов. Гномья слюна вдруг стала невероятно ценным продуктом, и вокруг статуи Короля Фронда можно было увидеть многих родственников Мульча, проворно организовавших здесь торговую точку и продающих банки светящейся слюны за пару слитков золота.

ЛеППРКОН делал все, что было в его силах, терпя острый недостаток оборудования. Самой большой проблемой стала координация действий отрядов. Сеть камер и беспроводных концентраторов, паутиной пролегшая по сводам пещеры, была улучшена три года назад линзами из Лабораторий Кобой. Представьте, что произошло с этой сетью — она в одну секунду загорелась и обрушилась вниз на жителей Гавани, оставив на многих паутинообразные узоры шрамов. Все это значило, что ЛеППРКОНу приходилось работать, полагаясь лишь на старые радиоприемники. Некоторые молодые офицеры вообще не могли ничего сделать без полного оснащения и их обожаемых шлемов, и чувствовали себя потерянными без поступлений новой информации из Полис-Плаза.

Половина всех сил была направлена на то, чтобы остановить безумный пожар в Лабораториях Кобой, которым завладела автомобильная компания «Хром». Взрыв и последовавший за ним пожар уничтожил громадную часть подземных пещер, а пластигелевые трубы [9] едва выдерживали перепады давления. ЛеППРКОН прорвался через все завалы и укрепил крышу пневматическими колоннами, но огонь все равно разъедал металлические подпорки, и токсический газ выстреливал из колонн то тут, то там.