— Отвезти тебя домой? — предложила я.

— Какое домой… работы полно.

Он сурово посмотрел на меня, вышел из машины и громко хлопнул дверью. А я стала искать телефон-автомат. Конечно, удобнее было бы звонить из дому, но мне казалось, чем скорее я позвоню Степаненко, тем лучше для всех нас. На счастье, он оказался в своем кабинете.

— Николай Петрович, — начала я дрожащим голосом, — я видела человека, одного из тех, кого встретила в квартире Андрея. Я ничего не понимаю, но сейчас он был в милицейской форме. Его спутник назвал его Васей. Я совершенно убеждена, что встреченный мною милиционер тот самый молодой человек, но этого ведь не может быть, правда? Иначе выходит, что убийцы…

— Вы нашли мальчишку? — вдруг спросил Степаненко.

— Что?

— Вы нашли мальчишку, и он вам что-то рассказал?

— Нет, вовсе нет. — Я вдруг испугалась. — Я просто заезжала на вокзал и случайно увидела того человека… Наверное, я ошиблась, извините. — Я бросила трубку и стрелой кинулась к машине.

«А что, если Денис прав? — осведомился вдруг внутренний голос. — Что, если это какая-то тайная операция, о которой никому знать не положено? Это не у нас, это в американских фильмах обычно ЦРУ такими штуками занято, а ты дура и ничего в подобных делах не смыслишь. Поэтому должна отправиться к Степаненко и все ему рассказать…»

— Я обещала Денису…

«Ребенку одиннадцать лет, а ты взрослая тетя и должна понимать».

— А я боюсь. И вообще, заткнись и не вздумай высовываться, я еду домой и ничего об этом убийстве больше слышать не желаю.

Утром я смогла настолько успокоиться, что принялась за работу. Часа три все шло нормально, потом я вышла на кухню выпить кофе, а вернувшись, застыла перед рисунками в полном недоумении.

— Это черт знает что! — подумала я вслух. Алиса выглядела испуганной, а обитатели Зазеркалья не иначе как ожидали землетрясения. Я досадливо отшвырнула листы, уставилась в стену и пожаловалась ей:

— Нет, так нельзя. Надо со всем этим что-то делать.

«Вот сказанула так сказанула», — хихикнул внутренний голос, последнее время он отличался повышенной вредностью, никакой на него управы. Я покосилась на телефон. Странно, что из милиции до сих пор никто не позвонил. Позвонить самой? И что? Спросить, почему вы меня на допрос не вызываете или на беседу? Нет, на допрос, наверное.

В дверь позвонили.

— Ну вот, кому-то я все-таки понадобилась. Я подошла, протянула руку к замку и тут же ее отдернула.

— Кто? — спросила я тревожно.

— Слесарь, — ответил мужской голос с некоторой ленцой. Я обрадованно распахнула дверь. Молодой парень в джинсовой куртке стоял на пороге, темная сумка в его руках почему-то выглядела нелепо. Совсем свихнулась, ей-богу…

— Я вас не знаю, — промямлила я.

— Ну и что? Кран чинить будем?

— Будем, — улыбнулась я, впуская его в квартиру. — Я договаривалась с нашим слесарем, я имею в виду слесаря нашего кооператива…

— Меня послали. Он приболел. Где кран?

— В ванной.

Парень толкнул дверь ногой и вошел в ванную, вскользь мазнув меня взглядом. Сердце у меня куда-то провалилось и возвращаться назад никак не желало.

— Вот здесь вода перекрывается, — сказала я.

— Найдем.

Стоять над душой у человека я сочла неприличным и отправилась на кухню. Подумала и принесла телефон из прихожей, прислушалась: в ванной было тихо. Я не удержалась, набрала номер и, понизив голос, спросила:

— Кондратьева можно?

— Нет его, ушел, в восьмом доме авария. Вам чего надо?

— У меня кран течет, я заявку давала.

— Не до заявок сейчас, говорю, авария.

Я осторожно повесила трубку, боясь, что сию минуту упаду в обморок. Этот в куртке на слесаря не похож. А на кого он похож? Взгляд странный… у тебя теперь все странные… Я взяла нож и положила его рядом с телефоном. Вдруг у него пистолет? Надо звонить в милицию… А вдруг парень окажется обычным слесарем? Если он убийца, то милиция вряд ли поможет, пока я объясню им в чем дело, он меня пять раз убьет. Чего он там возится? Я взяла нож в правую руку, а в левую телефон и пошла к входной двери. Ее надо открыть, если что, я смогу выскочить из квартиры и убежать… Парень все еще был в ванной. Я распахнула входную дверь и вышла в коридор, оставив телефон на тумбочке. А что делать с ножом? Я сунула его под тумбочку, прикрыв туфлями. Схватила какую-то тряпку и увлеченно принялась натирать входную дверь, по-прежнему держа ее открытой. Пока этот тип в ванной, в квартиру не вернусь, я могу помыть здесь стены, а также пол и даже потолок, если понадобится. Парень наконец вышел.

— Все, — сказал не очень вежливо. — Принимайте работу.

«Интересно, как, если я не желаю покидать коридор?»

— Закончили? — улыбнулась я, парень не ответил, стоял и тер куском ткани руки, и вроде бы чего-то ждал. — Извините, я хотела бы здесь убрать, — пояснила я свое нежелание входить в квартиру.

— Вы кран смотреть будете?

— Нет. Зачем? Вы же сказали, что все починили. Я вам верю.

— Да? — Парень еще немного потер руки, тут хлопнули двери лифта, и на лестничной клетке возник Степан Савельевич, мой сосед из квартиры напротив. Я его недолюбливала, жутко болтливый тип и зануда, но сейчас его появление вызвало во мне дрожь восторга.