— Как по башке мне заехал, гад, чтоб ему загнуться, заразе. Аж шум в ушах.

— Так тебе и надо. За воровство, между прочим, раньше руки отрубали.

— Ага, а кто сегодня с веревки одежонку свистнул? Считай, ты уже без рук.

— Все-таки ты у меня схлопочешь, — вздохнула я. Денис хмыкнул и стал поглядывать в мою сторону с любопытством. Потом сказал:

— А ты крутая.

— Точно… круче меня только яйца всмятку, — усмехнулась я.

— Нет, честно. Здорово ты его огрела, и вообще, в разведку с тобой можно.

— А с тобой куда можно? Просила возле детского сада подождать, так ты и тут умудрился нажить приключения. Будто без того забот мало. Кстати, нас ищут. Сама по радио слышала, приметы передавали.

— Заливаешь? — ахнул Денис.

— Чтоб мне пропасть.

— И мои?

— Конечно. Я тебя вроде бы похитила.

Он весело хрюкнул, мне же было не до смеха. Следовало срочно что-то предпринять. Самое разумное: пойти в милицию. Я покосилась на мальчишку и подумала: «Его мне не уговорить». И еще: «Вдруг он прав?» Мы доверчиво все расскажем, а там начнут проверять и перепроверять, и у этого самого Васи с дружком будет сколько угодно времени, чтобы от нас избавиться. Но болтаться по улице с одиннадцатилетним мальчишкой совершенно глупо. Особенно когда находишься в розыске.

Через полчаса я могла честно признаться самой себе, что не знаю, как поступить в такой ситуации. Говорить об этом Денису было совестно. Он вышагивал рядом, невероятно приободрившийся, с оптимистической верой в будущее на озорной физиономии, и убить его надежды на мою крутость и способность как-то решить наши проблемы я не могла. Если бы он был постарше, если бы у него были родственники…

Мы отшагали приличное расстояние, а он весело подпрыгивал рядом и даже не поинтересовался: куда мы идем? И слава богу, потому что ответа на этот вопрос у меня не было. Идем, и все.

— Хочешь мороженого? — спросила я. Мы вышли на Никольскую и свернули к центру города, где на углу радовал глаз рекламой фирменный магазин «Мороженое».

— А ты? — поинтересовался Денис.

— Да нет. Не очень.

— Ну его тогда. Надо деньги экономить. И я не маленький.

— Можно подумать, мороженое только маленькие любят.

Тут я впервые внимательно оглядела своего спутника, и сердце жалобно заныло. Во-первых, он, конечно, коротышка. Хотя ему всего одиннадцать, но и в одиннадцать многие его сверстники гораздо выше ростом. Узкоплечий и какой-то весь невероятно тонкий, он был похож на карандаш, точнее, на огрызок карандаша. Глаза на смышленой физиономии смотрели недоверчиво и дерзко, но я-то знала: он маленький, и ему страшно. Не стал бы он делиться со мной своими бедами и таскаться по городу без всякой цели, если бы мог довериться кому-то еще.

— Ты чего так смотришь? — насторожился Денис.

— Прикидываю, имеем мы право пятерку потратить? В конце концов, можно и шикануть. Пошли.

Из магазина мы направились к скверику, Денис ел мороженое и ворчал:

— Ничего в нем нет особенного, а стоит пятерку. Лучше б пиво купила.

— Разбежался. С пивом и курением завязывай. Больно нужен мне напарник, который сто метров не может пробежать без того, чтобы физиономия не стала красной, точно рак вареный.

— Это я не могу? — скривился Денис.

— Ты. Пыхтел как паровоз, а потом не мог отдышаться.

— А в Чехословакии все дети пьют пиво. Я в прошлом году в лагере был вместе с чехами, так им даже специально пиво привозили…

— Тебе специально не привезут, так что успокойся…

— Смотри какой «мерс», — резко перевел разговор Денис, ткнув пальцем в направлении проезжающей мимо машины. — Нравится?

— Ага. «Двести восьмидесятый». Их теперь полно в городе.

— «Двести тридцатый», — поправил Денис.

— «Двести восьмидесятый», — повторила я. — У моего приятеля такой.

— Значит, не такой.

«Мерседес» остановился метрах в трехстах от нас, а Денис обрадовался:

— Пойдем быстрее, посмотрим. Если проспорила, купишь бутылку пива.

— А ты с курением завяжешь раз и навсегда.

— Умная, сравнила: бутылка пива и вся жизнь.

Мы уже подошли довольно близко, но не могли разобрать вторую цифру — три или восемь — и с некоторым ехидством поглядывали друг на друга. И тут все двери машины распахнулись, из «мерса» появились молодые люди и двинулись нам навстречу. Совершенно спокойно, не ускоряя шагов и вроде бы даже не глядя на нас.

— Бегом! — рявкнула я, хватая Дениса за плечо. — Бегом! — заорала еще громче, потому что парни восприняли мой вопль как команду.

Если бы не везение, уйти от них мы бы, конечно, не смогли. Сначала Денис запутался в сумке, несколько драгоценных секунд ушло на то, чтобы выхватить ее из рук мальчишки, развернуться и взять, что называется, с места в карьер. Мы метнулись в сторону проспекта, под углом пересекая дорогу. Из-за поворота появилась милицейская машина, отрезая нас от преследователей, а потом и притормозила, как видно, происходящее привлекло внимание находившихся в ней милиционеров. Зрелище, вероятно, было странное: по улице несется женщина за руку с мальчишкой, а за ними четверо здоровенных парней. Парни на милицию отреагировали: притормозили и попытались придать себе вид скучающих прохожих. Я, по понятным причинам, особенно их не разглядывала, а торопливо юркнула в какую-то подворотню. Закончилась она тупиком, а в арку как раз въезжала милицейская машина.