— Это очень серьезно, — сказал он, глядя куда-то вдаль. — Надо выходить на людей, способных решить такую проблему. Это раз. Есть еще и два: фотографии все-таки могут быть подделкой, и мы нанесем человеку удар ниже пояса. Свою невиновность он будет доказывать очень долго, да и потом… У нас ведь как говорят: дыма без огня не бывает.

— Извини, Саша, в настоящий момент мне наплевать на Логинова и его карьеру. Из-за этих фотографий уже погибли два человека, и вполне возможно, что на очереди мы: я и мальчишка.

— Ты считаешь, что твоего знакомого убили из-за этих фотографий?

— А ты как считаешь?

— Да… — протянул он. — Похоже на правду… Как эти снимки попали к тебе, ты так и не объяснила.

— Я их украла. Знакомый должен был мне деньги, и я задумала его шантажировать.

— Не зная, кто на фото?

— Я видела, что он заплатил за них деньги, большие…

— Ясно… Ты можешь дать мне фотографии?

— Конечно.

— У меня дружок в прокуратуре… посоветуюсь с ним, а вам лучше уехать из города… пока.

— И мы сможем вернуться?

— Надеюсь… по крайней мере все, что от меня зависит, я сделаю.

Голос его звучал неуверенно, и в целом перспективы ничего не обещали. Оптимистического, я имею в виду.

— Как с тобой связаться? — спросил он через минуту, за это время его лицо стало совершенно несчастным.

— Не знаю. Понятия не имею, где мы будем завтра. Я позвоню сама.

— Запиши рабочий телефон, — сказал Саша и продиктовал номер.

Я отдала ему комплект фотографий и, простившись, направилась к вышке. В душе не было и намека на оптимизм.

— Кто эти дядьки на фотографии? — спросил Денис уже в машине.

— Бандит по кличке Меченый и начальник шестого отдела милиции Логинов.

— Я ж говорил: у них все схвачено! — крикнул Денис и даже хлопнул себя кулаком по колену, потом испуганно посмотрел на меня и спросил:

— Ты боишься?

— Скажем так, — вздохнула я, — подозреваю, что нам будет нелегко. Еще вопросы есть?

— Ты притворяешься? — понизил он голос.

— Что значит «притворяюсь»?

— Ну, тебе страшно, но ты думаешь, что я маленький и…

— Во-первых, не такой ты и маленький, вредности в тебе уже вполне достаточно. Во-вторых, я не притворяюсь, может, я просто не очень умная и не понимаю всей опасности, такое, говорят, бывает С другой стороны, пословица гласит, что дуракам везет. В этом случае есть свои преимущества. И вот еще что. Будь спокоен. Я сделаю, что обещала.

Он кивнул и нахмурился, разглядывая свои кроссовки, а я завела машину.

Итак, я знала, кто изображен на фотографии, я почти наверняка знала, за что убили Андрея и почему охотились на нас, но по-прежнему не имела ни малейшего представления о том, что следует делать дальше. Саша поговорит со своим другом из прокуратуры, и все как-нибудь устроится… до той поры надо затаиться и ждать Я покосилась на Дениса. Он смотрел в окно, тихий и грустный. Для начала следует решить бытовые проблемы: где мы будем жить, точнее, прятаться. Я с тоской подумала о родной квартире. Почему бы, проникнув в нее партизанским способом, там не обосноваться? Прятаться в квартире глупо и нелогично, надеюсь, так думают все нормальные люди, а я, ненормальная, смогу этим воспользоваться. Идея, сама по себе, мне приглянулась, однако проверить ее на практике я не спешила, оставив на крайний случай, и в ту ночь мы спали в гараже, устроившись в машине почти с комфортом. Здесь же, в гараже, я спрятала пленку, таскать ее с собой, когда вокруг творятся такие дела, было крайне неразумным.

Утром Денис проснулся раньше меня. Когда я открыла глаза, в темноте почти ничего не смогла разглядеть, зато почувствовала запах табака. Денис курил и время от времени вздыхал. Следовало его пристыдить за нарушение данного слова, но тяжкие мальчишеские вздохи направили мои мысли в другом направлении. Я села, потерла глаза и попросила:

— Дай-ка сигарету.

Он щелкнул зажигалкой, торопливо прикурил и протянул сигарету мне.

— С утра пораньше и натощак — страшная гадость, — мрачно заметила я через минуту, он со мной согласился:

— Да уж… — Помедлил и спросил неуверенно:

— Что будем делать?

— Сегодня или в принципе? — уточнила я.

— Сегодня, — проворчал Денис.

— Надо бы найти твоего Вовку, тех типов на «Хонде» он видел и, вероятно, сможет рассказать, как они выглядят.

— Зачем тебе? — насторожился он.

— А то ты не знаешь? — разозлилась я.

— Ты их правда убьешь?

— Вообще-то я не сторонник смертных приговоров. — Он насупился, а мне стало ясно, о чем он подумал, потому я добавила:

— Но можешь мне поверить: придется, так шлепну без душевной дрожи.

— И как ты думаешь это провернуть? Пальнешь из пушки? — съязвил он.

— А вот это тебя не касается Моя работа — мои проблемы. Выметайся из машины, открой дверь гаража и неси воды умыться. Пойдем завтракать, а потом к Вовке.

— Боюсь я туда идти, — помявшись, сказал он. — Во двор то есть.

— Хорошо, я схожу, а ты подождешь в машине.

— У Вовки телефон есть… можно позвонить.

После пережитого вчера ужаса Вовка вряд ли мог вспомнить что-либо ценное, однако пренебрегать такой возможностью не стоило, но и Денис, конечно, прав — телефон предпочтительней.