Верка замолчала, а я продолжала размышлять, уставившись в стену, и, как видно, сидела так довольно долго, пока не заметила, что оба, и Денис, и Верка, смотрят на меня, терпеливо ожидая, когда я очнусь от тяжких дум.

— Татарин этот, пожалуй, не врал, — вздохнув, заметила я. — У него действительно крутой благодетель. А то, что Меченый с ним дел иметь не хочет, нам, возможно, на руку.

— Подожди, Саша, — вмешался Денис. — Но ведь если Логинов за нами Татарина послал, значит, они с этим Меченым из одной команды, Татарин то есть. Потому что на фотографии Логинов водку с Меченым жрет, вот и выходит, что все они одна шайка-лейка.

— Ничего не выходит, — нахмурилась я. — Почему тогда сам Меченый за нами не охотится? Чего бы проще: поручить ему?

— Может, ему не по чину такими делами заниматься? — пожал плечами Денис.

— Тоже мне генерал, — отмахнулась я. — В любом случае надо мне с ним встретиться.

— С кем? — вытаращила глаза Верка.

— Со Стасом этим. Можешь устроить?

— Ты вправду чокнутая, — развела она руками. — Думай, чего говоришь… устроить. Мне устроят. И как, интересно, я должна это проделать? Подойти и попросить: выйди на минутку, там тебя одна припадочная спрашивает…

— Ты же говорила, он мной интересовался?

— Говорила, и что?

— Может, и встретиться захочет. Отчего не попробовать?

— А если мне башку оторвут, это как? Я неожиданно разозлилась:

— Ты в этих делах больше меня смыслишь, вот и придумай, как мне с ним встретиться.

— Ничего я думать не буду… навязались на мою голову. Вот так всегда, пользы от родни никакой, одни неприятности, а этот поросенок и не родня мне вовсе. — Тут Верка влепила мальчишке еще одну затрещину, но впечатления она не произвела.

— Заколебала ты уже, — заметил Денис. — От тебя-то много пользы? Одно кудахтанье.

Верка пострадала минут пять, хмуря лоб, и начала неуверенно:

— Дело-то не в том, чтобы с ним встретиться, а в том, чтоб со встречи этой живой уйти. Не знаю, что у тебя там за мысли в голове бродят, но если ты ошибаешься и Меченый решит тебя успокоить, тут уж и святые не спасут. Улавливаешь?

— Мне кажется, он в охоте не участвует и, возможно, захочет мне помочь.

— Как-то не верится, но положим… А если нет, что тогда? Глупой головы лишишься?

— Рисковать, конечно, не хочется, — согласилась я, — но сидеть сложа руки тоже не годится, мы должны что-то сделать…

— Стае со своими парнями обычно по средам к нам наведывается, — с неохотой начала Верка.

— Завтра среда, — обрадовалась я.

— Знаю, что среда, — огрызнулась та. — Положим, придешь ты в сауну, что еще вилами на воде, а как уйти думаешь?

— Что я могу думать, если я ваше заведение в глаза не видела? — опять разозлилась я. Верка обиженно замолчала.

— Долго ты будешь дурака валять? — накинулся на нее Денис. Верка посмотрела на часы и поднялась с табуретки.

— Съезжу-ка я в сауну. Поговорю со старшей.

— Может, не стоит? Опасно, — усомнилась я, вовлекать в дело кого-то еще казалось мне неразумным.

— Без нее все равно ничего не сделаем.

Верка, потратив на сборы полчаса, удалилась, оставив нас в квартире дожидаться вестей. За последнее время я научилась с благодарностью принимать краткие часы относительной безопасности и потому передышке очень обрадовалась. Денис, напротив, нервничал и торопил время.

— Про то, что я ранена, Верке не говори, — попросила я.

— Почему? — насторожился Денис.

— Вряд ли она обрадуется.

— Ладно, не скажу, — кивнул он. — Хотя Верка девка хорошая, тарахтит много, но у каждого свой закидон. Ты вот, к примеру, сама с собой разговариваешь.

— Я против твоей Верки ничего не имею, не то бы здесь не сидела. Но в нашем положении доверять людям опасно, и ты это хорошо знаешь. Вот старшая, к которой Верка поехала, никакой гарантии, что она не кинется к тому же Татарину.

— Вряд ли. Верка знает, что делает. Говорю, она с виду вроде дуры, а котелок у нее варит.

— Хорошо, если так, — кивнула я. Верка позвонила часа через полтора.

— Забыла, как тебя звать-то?

— Саша, — подсказала я.

— Ага. Подъезжай к сауне. На месте все решим. Адрес запомни, и поаккуратней: въедешь во двор, я тебя там ждать буду.

Я повесила трубку и призадумалась: и ехать надо, и страшно.

— Я с тобой, — сразу же заявил Денис.

— Что ж ты такой безотвязный, — вздохнула я, но, конечно, согласилась, воспитатель из меня, надо полагать, никудышный: никакой твердости. Я проверила оружие, отнесясь к этому серьезно.