Шрифт:
В забытой богом галицийской глуши раввин и католический священник, единственные интеллигенты во всей округе, стали близкими друзьями. Раввина очень интересует, как происходит исповедь. После долгих раздумий священник решается взять раввина с собой в темную нишу исповедальни и позволить ему слушать исповеди.
Приходит первая женщина:
— Святой отец, я совершила тяжкий грех. Один раз изменила мужу.
— Да, дочь моя, это большой грех. Я попрошу нашего милостивого Бога, чтобы Он тебя простил. Во искупление ты должна будешь один раз прочесть "Отче наш" и пожертвовать церкви десять гульденов.
Приходит вторая женщина. Она дважды изменила своему мужу. Священник велит ей дважды прочесть "Отче наш" и пожертвовать церкви двадцать гульденов.
Внезапно священник хватается за живот и стонет:
— Мне нехорошо. Я скоро вернусь.
Раввин остается один. Приходит очередная женщина и говорит:
— Святой отец, я согрешила: один раз изменила мужу.
Раввин, понявший систему, отвечает ей:
— Дочь моя, это тяжкий грех. Я попрошу нашего милосердного Бога, чтобы Он тебя простил. Во искупление ты трижды прочтешь "Отче наш", пожертвуешь церкви тридцать гульденов и сможешь еще два раза изменить мужу.
Дочь коммерции советника Кона стоит у окна отцовской виллы и высматривает своего воздыхателя-лейтенанта, который всегда возвращается со своей ротой в казарму мимо их виллы. Свернув на ее улицу, лейтенант приказывает роте запевать. Раздается песня: "Так мы живем, так мы живем, так мы живем день за днем".
Дочка, прочувствованно:
— Папа, ты слышишь, как они поют?
— А что они поют?
— Они поют: "Так мы живем, так мы живем, так мы живем день за днем".
Отец, сдержанно:
— Но они и правда так живут.
В маленьком местечке габай (староста синагоги),выговаривает попрошайке:
— Ты здоровый парень, тебе работать надо!
На что бродяга отвечает словами ослепшего Исаака:
— Голос, голос Иакова; а руки, руки Исавовы. Что имеется в виду? Потомки Иакова (то есть евреи)должны работать голосом — канторами, торговцами, адвокатами и так далее, попрошайками в том числе, а вот потомки Исава (неевреи) — руками.
В Амстердаме один нееврей заходит в синагогу в праздник Симхас Тойра (в этот радостный день евреи танцуют в синагогах)и потом возмущенно рассказывает:
— Я своими глазами видел, как мужчины танцевали с мужчинами!
Немец-христианин влюбляется в еврейскую девушку и, чтобы жениться на ней, решает перейти в иудаизм. После обрезания раввин предлагает ему рюмку коньяка. Новообращенный просит вторую, потом третью, затем хватает бутылку и выпивает ее до дна.
Раввин сокрушенно качает головой:
— Это что — еще немецкая тяга к выпивке или уже еврейская хуцпе (наглость)?
В купе вагона сидят напротив друг друга еврей и офицер. Офицер спрашивает:
— Еврей, который час?
На что еврей отвечает:
— Уж если вы сквозь мою одежду смогли увидеть, что я еврей, то можете и время определить по часам в моем кармане.
Голландия, декабрь. Санта-Клаус в красной шапке, с ватной бородой, дарит детям пряники. Праздник лишь с натяжкой можно назвать религиозным, и поэтому евреи охотно в нем участвуют.
Мадам Кон вместе со сгорающими от нетерпения малютками ждет появления Санта-Клауса. Дети уже спели о нем все песенки, а дядя, который должен его изображать, все не идет.
Мать обращается к отцу:
— Где же он застрял?
— Сейчас появится, он уже в соседней комнате, заканчивает минху (послеобеденную молитву).
Незадолго до Рождества. Перед универмагом в Лондоне стоит Дед Мороз с длинной и даже настоящей седой бородой. Он спрашивает ребятишек, хорошо ли они себя вели и что хотели бы получить в подарок к Рождеству. Фредди хочет плюшевого медвежонка, маленькая Джоан — кукольную комнату.
Мимо проходит мальчик.
— Как тебя зовут? — спрашивает Дед Мороз.
— Довид.
— А ты хорошо себя вел? Прекрасно! Тогда ты можешь попросить себе какой-нибудь рождественский подарок. Чего ты хочешь? Ничего? Почему так?
— Потому что на прошлой неделе была Ханука ( еврейский праздник, в который принято делать детям подарки), так что я подарки уже получил.
— Мазлтов! — говорит растроганный Дед Мороз. — Хацлохе ун брохе (счастья и благословения)!