Ника с ходу перепрыгнула через обмякшее тело и бросилась вперед, пока имелась такая возможность. С автоматом наперевес бежать было неудобно. Она машинально передвинула его за спину и тут же была наказана за самоуверенность.

Путь ей преградил еще один человек в маске. Одновременно с его появлением раздались выстрелы. Он не оставил ей и доли секунды на то, чтобы нащупать автомат. Но все это она осознала потом. В тот самый миг, когда перед ней возник темный силуэт, словно какая-то сила дернула ее вниз – Ника бросилась ему под ноги. Человек рухнул на нее сверху и едва не сломал ей шею. В последний момент она успела перевернуться на спину и упереться коленями в его грудь. Девушка напрягла все силы и столкнула противника с себя. Как оба они ухитрились в свалке случайно не нажать на спусковой крючок, Ника не знала. Меньше всего ей хотелось думать об этом.

Почувствовав свободу, девушка первой вскочила на ноги. Ее противник тоже времени зря не терял. Он пальнул с колена. Ника оказалась чуть проворней, или же ей просто не мешал бронежилет – ее выстрел был точнее.

Ника бежала вперед, и самое страшное состояло в том, что она не видела выхода.

Туннель по-прежнему заполняли звуки. Стрельба продолжалась, кто-то громко матерился, скрежетало железо, принимая огонь на себя.

Дальше пути не было. Все свободное пространство занимала груда металла, наваленного на ящики. Она растянулась от стены до стены. Девушка заметалась, отыскивая свободную дорогу, сунулась было между ящиками и вовремя остановилась. Перед ней, особо не скрываясь, мелькнула тень. Ника опустилась на корточки и осторожно заглянула за угол.

Как оказалось, предосторожность не была излишней. В ту же секунду над головой беглянки просвистели пули. Времени на раздумья не было. Сколько могла продолжаться перестрелка? Когда наступит тишина, продвигаться вперед будет поздно. К тому же Ника не смогла бы ответить точно даже на вопрос о том, сколько патронов осталось в рожке. Ее рука нащупала последний запасной магазин – менять или не менять?

В ответ на незаданный вопрос у самых ног девушки выбили дробь пули. Это подтолкнуло ее к решительным действиям.

Затаив дыхание, со всей быстротой, на которую была способна, Ника перекатилась вдоль стены контейнера. До соседнего, за которым можно было спрятаться, оставалось более двух метров. Она искренне надеялась на то, что ее противник не успеет сориентироваться.

Боец не тратил времени зря. Дорожка от пуль, врывающихся в землю, потянулась следом за Никой, зацепилась за контейнер и оборвалась. Видимо, стрелок не ожидал такого глупого маневра, иначе он сработал бы на опережение и в укрытие докатился бы ее труп с пробитым черепом.

Сухой щелчок Ника услышала одновременно с тем, как решила все же попытаться пробиться. Ей было все равно, чем для нее закончится вылазка. Оттуда, где она сидела, выхода не было. Тупик значил лишь одно – смерть. Ника жила, пока двигалась, стоило ей остановиться, и от нее уже ничего не зависело. Тогда смерть – только вопрос времени.

Выставляя ствол автомата в ту сторону, откуда стреляли, Ника и услышала щелчок, возвещавший одно из двух – у противника заклинило автомат либо кончились патроны. В довесок ко всему последовало короткое ругательство как доказательство того, что ей ничего не померещилось.

Девушка выглянула из укрытия, держа палец на спусковом крючке. Там, куда она собралась стрелять, никого не оказалось. Да и глупо было надеяться на то, что супостат станет дожидаться, пока она выйдет в полный рост, чтобы выпустить в нее пулю.

Однако Ника поняла все это с опозданием. Не увидев никого перед собой, она метнулась вперед, не отрывая глаз от угла контейнера. Сколько нужно секунд, чтобы поменять рожок или передернуть заклинивший затвор?

Девушка появилась из-за поворота в тот момент, когда человек в маске вставил магазин в автомат. На то, чтобы вскинуть оружие, времени ему уже не хватило. От нервного возбуждения Ника выпустила в «патриотовца» больше пуль, чем рассчитывала. Первая же из них попала ему в голову, но девушка продолжала давить на спусковой крючок. Она остановилась, когда противник взмахнул руками, выронил автомат и упал навзничь.

В тот же миг, когда вдалеке забрезжил дневной свет и Ника ясно разглядела то, что дорога впереди свободна, на ее голову сзади обрушился страшный удар.

В глазах у девушки мгновенно потемнело. Колени подогнулись. Ника успела подумать о том, какая же она дура – не догадалась оглянуться. Ведь тогда все могло бы кончиться по-другому. Эта мысль мелькнула как молния и погасла, оставила ее наедине с пустотой.

Грек так и не понял, куда девался Краб. Вот только что впереди темнела его спина. Когда загорелся свет, рядом остался Макс. Он застыл как столб, моргая ослепшими глазами.

Трудно правильно соображать, когда в полной темноте тебе в лицо врубают фонарь. Хорошо еще, что в памяти как слепок отпечаталась удобная нора в мусорном завале слева. Грек догадался все-таки повертеть головой, на всякий случай отмечая убежище.

Как всегда и бывает в Зоне, этот самый случай не заставил себя долго ждать.

Когда зажглись фонари, Грек бросился влево, в заранее присмотренный закуток. Он летел по памяти, слепо наткнулся грудью на деревянный ящик и уже ощупью, воспринимая каждую уходящую секунду как личного врага, определил угол, за которым и рассчитывал скрыться.