На втором этаже Халт влетел в кровавое месиво. Черносолнцевцы поняли, с кем им приходится сражаться, и сменили арсенал заклинаний. Теперь в ход шли не эфемерные «смола», «заморозка» или «удушение», а простые и действенные огнешары и аметистовые молнии. Одной такой молнии хватило бы, чтобы превратить человека в обугленный кусок мяса, по псиглавцем же били двумя и тремя сразу, а затем еще и еще. Магия их брала не сразу, но ожогов все прибавлялось. Один за другим, завывая, падали бойцы, воняло паленой шерстью и чем-то тошнотворно сладковатым. Альвы и гоблины все прибывали и прибывали.

«Флип, как дела у портала?»

«Портал отбит. Из него выходят гоблины».

Тан понял, что им не выстоять. От магов Ордена осталась половина, от штурмового отряда – еще меньше, а гоблинов с каждой минутой становилось все больше. Нужно срочно добраться до артефакта!

– Останься тут! – приказал он медноволосой, а сам, отмахиваясь от гоблинов Баразом, прячась за колоннами, лавируя между бойцами, поднялся по лестнице на третий этаж. Там тоже шел бой. От лязга оружия, стонов, ругани и крови уже мутило, но сейчас это играло на руку: в угаре на Халта не обращали внимания.

Черный шар в противоположном конце зала охранял высокий, худощавый, с бледной кожей, на фоне которой черные глаза и волосы казались сверкающими, альв. По альвийским меркам – довольно молодой, он казался наглым ощерившимся волком. Но тан предпочел бы сразиться без оружия один на один со стаей волков, чем с альвом, владеющим магией.

– Драга, слышишь меня? – негромко спросил он в палантир.

– Да.

– Ванду и Мадраса срочно ко мне.

Черный шар лежал, наполовину утопленный в пол; его нижняя часть свисала с потолка второго этажа, направленная на кокон. Даже слабых магических способностей сына Глойфрида хватило, чтобы рассмотреть сложные узоры заклинаний, окутывающих артефакт, которые плели не один день.

«Флип, командуй крылатым полную готовность и будь готов сам».

«Да».

– Драга! Дай Тарана!

– Я здесь, – откликнулся гном.

– Уводи своих! Отступайте! Альвы отбили портал, половина магов Ордена уничтожена, псиглавцы долго не продержатся! Уходите!

– А ты?

– Мне надо достать артефакт.

– В одиночку?

– Ванда и Мадрас помогут. Уходи! Спасай живых!

Дальше ждать было совершенно невозможно. Тан сделал шаг вперед, и тут появилась старуха, а за ней и смуглый молчаливый маг. Ванду шатало, она держалась за стены, чтобы не упасть. Мадрас выглядел получше, но и его битва выжала до состояния сухого инжира… В отличие от бодрого, бросающего презрительные взгляды на глупых слабых людишек альва в черном одеянии со знаком Хаоса на груди.

Он ударил первым, запустив в Халта простой огнешар, и ни Ванда, ни Мадрас не успели среагировать. Потомок Хагена инстинктивно выставил меч вперед и… отбил заклинание. Удивленно глянул на красный от крови, а теперь еще и от соприкосновения с огнем Бараз. Он совсем забыл слова Ториона о магической сущности меча! Тем временем альв уже сотворил заклинание молнии, но маги Ордена ждали атаку и заслонили Халта, метнув в ответ элементы двух стихий: Ванда – землю, Мадрас – воду. В спешке удар вышел слабеньким и даже не долетел до цели, разбившись о защиту.

Нужно отвлечь черносолнцевца, выгадать время для магов Ордена. Но как? Псиглавцы практически истреблены, освобожденные животные тоже, гномы не помогут… Кажется, они проиграли. Халту оставалось с достоинством принять смерть и погибнуть, как воин, в бою.

Тяжело сражаться, если уверен в поражении, но, спасибо Глойфриду, потомок Хагена не сложил оружие. «Биться нужно до последнего вздоха, до последней капли крови», – вбивал ему отец с детства. Он орал, если сын проигрывал бой, но за добровольное сложение оружия – нещадно порол розгами. Юный воин знал, что это самое постыдное, что он может сделать.

Ванда и Мадрас пытались достать альва, не забывая защищать Халта, а тот раз за разом безуспешно пытался приблизиться к черносолнцевцу.

– Барук Казад! Казад Ай-мену! – раздалось вдруг за спиной.

В зал ворвались гномы, и возглавлял их Таран. Он встретился взглядом с таном, и тот прочел в его глазах решимость умереть, но победить. С удвоенной силой гномы набросились на все прибывающих гоблинов, и какое-то время альв был вынужден помогать своим стражникам. Этого оказалось достаточно, чтобы маги Ордена соорудили заклинание из четырех стихий, сплетя огонь с водой, а воздух с землей, и швырнули этот вихрь в альва, вложившись полностью.

Маг Хаоса не успел поставить защиту: его отшвырнуло к стене; видимых ран не было, но даже гномы поняли, что удар приложил его крепко. Альв еще только вставал, а Халт уже занес Бараз над черным шаром.

– Стой, идиот! Ты знаешь, что творишь?! – заорал альв. Презрительная усмешка давно сползла с его губ, сейчас их сводило от ужаса.

– Знаю.

– Ты уничтожишь всех нас!

– А почему тебя это стало волновать? Только что ты собирался уничтожить все Упорядоченное, – ответил Халт и рубанул.