— Игорь Степанович, как я поняла? — проговорила она, открывая дверь шире. — Ну, что же вы стоите? Проходите, проходите! Извините, я в кухне была, на стол собирала, не слышала, как вы позвонили, поэтому дочь вам двери и открыла.

— Да я как-то не в обиде. Это вы меня извините за задержку рейса, — брякнул я, снимая верхнюю одежду и вешая ее в шкафчик, но тут же, спохватившись, поправился — незнакомый человек может не понять моих шуток. — В смысле, пробки на шоссе задержали.

— Ох, уж эти пробки, извечная проблема, — посетовала Елена. — Проходите в кухню, чай будем пить.

«Ого! Кажется, и здесь угощение намечается, — подумал я с усмешкой. — Халявщиком ты становишься, Игорек! На ужинах в последнее время деньги экономишь». Мы прошли на кухню.

При нашем появлении из-за стола поднялся высокий худощавый небритый мужчина, примерно одного возраста с Еленой.

— Это мой муж, — представила хозяйка дома своего благоверного.

— Александр, — назвался тот.

— Игорь, — сказал я в ответ свое имя.

Видимо, Александр был предупрежден о моем приходе, потому что он, ни слова не говоря, двинулся прочь из кухни. Мы с ним протиснулись мимо друг друга в дверях, и каждый пошел своей дорогой: Александр в глубь квартиры, я — к столу. На нем на тарелках были разложены сырная и колбасная нарезка, огурчики, помидорчики, печенье и конфеты. Конечно, не пироги зазнобы Легкова, но с голодухи пойдет…

Елена пригласила меня сесть за стол, стала потчевать. Я не отнекивался, после работы легкий ужин придется мне в самый раз. Попивая чай с бутербродами и печеньем, я повел с хозяйкой дома неспешный разговор.

— Вы не против, если буду называть вас Еленой без отчества? — предложил я.

Сидевшая напротив меня Данилина покрутила головой.

— Да нет, конечно, называйте.

— Вы тоже можете называть меня просто Игорем, — великодушно разрешил я и задал первый вопрос: — Давно вы в пятнадцатом доме в элитном поселке работаете?

Хозяйка квартиры положила руки с грубоватой кожей, явно привыкшие к домашней физической работе, на стол и сцепила пальцы в замок.

— Лет семь, наверное, — проговорила она после паузы, потребовавшейся ей, по-видимому, для того, чтобы высчитать стаж работы в доме элитного поселка. — Раньше на депутата работала, он дом продал Шумилиным, и я им по наследству, так сказать, и перешла.

Я отхлебнул чаю и отправил в рот ложечку варенья, тоже, кстати, клубничного, как и у Вероники, но варенье от Елены было вкуснее.

— И как работается у новых хозяев?

Данилина ответила не очень охотно, очевидно, не желала стучать на своих работодателей.

— Честно говоря, не очень. Старые хозяева больше платили. Да и таких проблем с кражами денег не было.

Поигрывая в руке чайной ложечкой, я спросил:

— Но вы-то, я надеюсь, не крали?

Лицо Елены приняло презрительное выражение.

— Мама с детства учила меня не брать чужие вещи, — заявила она, покривив рот. — Это может окончиться реальным сроком.

— Можете это доказать? — Я изучающе уставился на свою визави.

Она выдержала мой взгляд и твердо проговорила:

— Задавайте вопросы, я правдиво отвечу на любой.

Не играть же друг с другом в гляделки. Я опустил глаза первым.

— Я надеюсь, что вы скажете правду. Итак, где вы были двенадцатого февраля в четверг, скажем так, с пятнадцати тридцати до шестнадцати тридцати?

Елена взглянула недоверчиво.

— И что? Если я правдиво отвечу на этот вопрос, с меня снимут подозрения в краже?

Я улыбнулся: простодушие хозяйки квартиры умиляло меня.

— Нужно еще доказать, что вы в этот момент находились вне дома Шумилиных, потому что именно в это время была совершена кража.

Елена подперла рукой щеку, приняв позу мыслителя.

— Погодите-ка, дайте подумать… — Она с минуту размышляла, потом выдала ответ. — Я вспомнила. В тот день мне нужно было срочно на вторую работу. Нам с мужем приходится дочку и сына, студентов, поднимать на ноги, потому тружусь в двух местах — у Шумилиных и Новиковых, — словно оправдываясь за то, что приходится пахать в поте лица, сказала Елена. — Их дом уже в самой Балашихе. Хозяйка Новикова в тот день попросила помочь с проведением дня рождения у маленькой дочери… Так вот, я по-быстрому убралась у Шумилиных и уже в одиннадцать тридцать отправилась на вторую работу.

Елена замолчала, молчал и я. Наконец женщина догадалась, что от нее требуется.

— Господи, Игорь, — воскликнула она. — Я в этот день после обеда работала у Новиковых и никуда из их дома не отлучалась. Там меня видели и хозяйка, и нянечка, и хозяин. Я все время была у них на виду. Как я могла попасть в дом Шумилиных и совершить кражу? Да и видеонаблюдение там у них кругом.

— Есть способ обойти камеры видеонаблюдения, — вставил я. — Новиковы могут подтвердить ваши слова?

— Могут, конечно, но… — Елена запнулась. — Но я бы не хотела, чтобы вы встречались с моими работодателями и говорили о том, что меня подозревают в краже. Вы же понимаете, что после такой рекламы я дальше не смогу работать у Новиковых.