— Кофе? Я приготовлю тебе свежий. – Он включил кофе-машину, затем достал яйца, сыр и другие важные ингредиенты для омлета, не зная, как начать неприятный разговор, который ему не хотелось вести.

— Значит, «Лига». Что это такое, и почему теперь она в долгу у Далриады?

Люк разбил яйца в миску и посмотрел на Рио.

— Ты отлично умеешь переходить прямо к делу. Это побочный эффект твоего таланта?

И одним махом Рио словно закрылась: лицо стало совершенно бесстрастным, будто сработал защитный механизм перед грядущим уничтожением.

— Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь, — наконец сказала она.

Люк вылил взбитые яйца на разогретую сковородку, выложил другие ингредиенты и вымыл руки, лишь потом удостоив собеседницу взглядом.

— Ты знаешь, что я имею в виду. Думаю, мы уже прошли этап вежливого увиливания, да?

Она улыбнулась.

— О, отличное слово. Очко в пользу «увиливания».

— Эй, я читаю и знаю много пафосных слов. Например «уклончивый», — сказал он, а затем зачарованно наблюдал, как в ее глазах снова появляются золотистые искорки.

Она поиграла с солонкой и перечницей в форме черепа, когда-то подаренными ему благодарным клиентом, и кивнула.

— Ты прав, я оттягиваю этот разговор. Но не можем ли мы его пока отложить? Нужно обсудить кое-что не менее важное, а у меня все еще кошмары оттого, что меня запирали на чердаке каждый раз, когда я упоминала о моем… даре.

Если ее лицо до этого было бесстрастным, то сейчас как будто заледенело, словно собираясь встретить бой. Люк осознал, что стоило Рио упомянуть про запертый чердак, как руки сами собой сжались в кулаки, и маг с трудом смог расслабить пальцы. Она ему об этом сказала, но тут же закрыла тему. Ее желание — закон.

Пока что.

— Что ты знаешь о Бордертауне? – Люк налил две чашки кофе и толкнул одну из них по столу к Рио.

— Кажется, то же, что и другие. Бордертаун занимает несколько квадратных километров, которых нет ни на одной карте.

Рио глотнула кофе, а маг отвлекся, глядя, как двигаются мышцы ее красивой шеи, но тут зашипел поджаривающийся омлет, напоминая о возможности катастрофы, и Люк поспешил его перевернуть, пока тот не сгорел дотла.

— Верно. Ты знаешь человеческий Нью-Йорк?

— Немного. Я его избегаю, — призналась Рио. – Стоит мне попытаться уехать из Бордертауна, как меня настигает ужасная мигрень, так что я никогда не переходила границу.

— Мы с западной стороны Манхеттена, на границе человеческого парка Хай-Лайн. Здесь есть природная магия; центр Бордертауна стоит на месте, где проходят самые энергетически насыщенные линии земли на пересечении северо-восточных штатов. Это точка — центр темных сил и убежище для нечеловеческих созданий задолго до того, как Голландская Вест-Индская компания основала Новый Амстердам[10].

— Ты при этом присутствовал? – Рио посмотрела на собеседника из-под длинных ресниц, и Люк едва не решил, что она с ним флиртует или по крайней мере поддразнивает.

Ему понравилась эта мысль больше, чем хотелось признаться.

— Нет, хотя я прожил намного более долгую жизнь, чем ты думаешь, — ухмыляясь ответил он.

— Насколько долгую?

Маг разложил омлет на две тарелки и протянул порцию Рио, а затем подал вилку и салфетку.

— Слишком долгую. Но вернемся к нашим баранам. По сведениям параархеологов и специалистов по истории магии, сильный тектонический сдвиг, случившийся тысячи лет назад, заставил реальность сложиться пополам, сделав Бордертаун единственным местом на Земле, где столкнулись миры людей, фейри и демонов.

Рио положила вилку на тарелку, сглотнула и скептически посмотрела на Люка.

— Никто не может знать, что случилось с реальностью тысячи лет назад, не говоря уже о том, что такое столкновение точно бы привело к серьезной трехсторонней войне. Кстати, омлет — просто пальчики оближешь. Спасибо.

— Тебе спасибо. И кто говорит, что войны не было? Насколько я слышал и читал, разразилась крупная война. Фейри и демоны сначала уничтожали друг друга, а потом занялись людьми. Сражения велись почти сто лет, едва не опустошив континент.

Рио моргнула.

— Да, столетняя война между фейри и демонами способна такое устроить. И откуда ты все это знаешь?

— Я дружу с серьезными учеными, а история фейри уходит вглубь веков.

Люк замолчал и одним махом расправился со своим омлетом. Затем вытащил из холодильника четыре бутылки воды, передал Рио одну, и быстро выпил остальные три. Гостья наблюдала, склонив голову на бок.

— Готовишься к засухе?

Люк бросил пустые бутылки в мусорную корзину под умывальником и рассмеялся.