— Очень хочу, хотя не понимаю, как еще могу испытывать голод после всего, что умяла прошлой ночью.

— Уворачиваться от утки – занятие не из легких, – ответил Люк, улыбаясь так, что внутренности Рио начали плавиться, а соски налились и заболели.

Люк наполнил чашку кофе и поставил на стол, затем повернулся к холодильнику, вытащил четыре вида сливок и гордо положил перед Рио.

— Теперь тебе не надо пить черный кофе.

Рио не смогла сдержать улыбки. Темный волшебник Бордертауна покупает для нее сливки…

— Ириска. Ух ты, похоже, что это вкусно. Спасибо тебе. Никто никогда… большое спасибо.

Она сосредоточилась на смешивании кофе и сливок, лишь бы спрятать лицо от Люка. Он был невероятно проницательным, и Рио вовсе не хотелось, чтобы он жалел бедную сиротку.

— Готова обучаться частному сыску?

Рио глотнула кофе, поставила чашку и посмотрела на мага.

— Думаю, сегодня мне надо узнать кое-что о прошлом и почему все вдруг так мной заинтересовались. Не хочешь пойти вместе со мной в обитель, чтобы поговорить с монашками, которые еще живут там?

Ей понадобилась вся смелость, чтобы озвучить эту просьбу. Покидая монастырь, Рио поклялась, что никогда в жизни туда не вернется.

Люк поставил свою чашку, нахмурился и с тревогой посмотрел на собеседницу.

— Рио, мне жаль, но я только что разговаривал по телефону с пятью разными монахинями вплоть до матушки-настоятельницы. Они отказались мне что-либо рассказывать и передали, что вообще не желают иметь с тобой дела, – тихо признался он.

Рио словно ударили в солнечное сплетение. Правда этого следовало бы ожидать, если уж она набралась храбрости, чтобы пойти туда и снова попросить их о чем-то. Уходила она со скандалом, да и появилась при плачевных обстоятельствах, – так что глупо было надеяться на помощь монахинь.

Вот только понять – еще не значит не переживать. Монастырь был единственным домом, который Рио помнила. И отказ монахинь выбил из нее дух и заставил согнуться пополам от боли.

Люк в мгновение ока обошел стол, похлопал Рио по спине и отвел ее волосы от лица.

— Чем я могу помочь? Скажи, что делать, Рио, я схожу с ума.

Она заставила себя успокоиться, когда услышала тревогу в голосе мага. Вдох, выдох. Вдох, выдох. Эти дыхательные упражнения помогали справляться с приступами паники в детстве, так что Рио медленно вдыхала и спокойно выдыхала.

— Я в порядке, правда, просто это так неожиданно. Я… кажется, в глубине души у меня теплилась надежда, что когда-нибудь мы помиримся и у меня будет дом. Все меня покинули, а без каких-либо корней я иногда чувствую себя неприкаянной.

Рио попыталась улыбнуться и с ужасом поняла, что по щекам катятся слезы.

— Прости, Люк, я не хотела быть жалкой, плаксивой девчонкой. Поверить не могу, что рассказываю тебе все это. Обычно я очень скрытный человек. Ты уверен, что не подлил мне сыворотку правды?

Люк развернулся вышел из кухни, захлопнув за собой дверь. Рио так и сидела, застыв и в отчаянии понимая, что сама его оттолкнула. Неужели во всем виновата дурацкая шутка о сыворотке правды?

И не успела она подумать о следующем шаге, как мощный взрыв сотряс дом, дверь распахнулась, и Люк влетел обратно, снова громко хлопнув створкой за своей спиной.

– Я только что взорвал грузовик «Чайной у Хельги», – сообщил маг. – Взорвал его к чертовой матери. Не осталось кусочка металла больше обувной коробки.

Рио разинула рот, лишившись дара речи.

Люк подошел к ней, подхватил со стула в свои объятия и поцеловал, пока она снова не стала задыхаться. А затем обошел вокруг стола и глотнул кофе, пока потрясенная Рио сидела, чувствуя покалывание в нервных окончаниях, даже в тех, о существовании которых и не догадывалась. А Люк, черт его возьми, даже не запыхался.

— Знаю, не кричи на меня, – сказал он застенчиво и одновременно дерзко. – Я куплю ей новый грузовик. Проклятье, я куплю ей два новых грузовика.

— Но почему...

Рио никак не могла сформулировать мысль.

Люк нахмурился, но, похоже, причиной его дурного настроения была не новая напарница.

— Я не знаю, как справляться со всеми этими чувствами, зато умею взрывать. Тебе было больно, я хотел помочь, но не знал как, поэтому и уничтожил грузовик.

Это было самое нелепое и романтичное признание, которое она когда-либо слышала. Рио потерла глаза кулаками, стараясь не разрыдаться.

— Ты же понимаешь, что не можешь взрывать что-то каждый раз, как я расчувствуюсь? – настороженно спросила она. – Это… что бы это ни было… не сработает, если мне придется переживать о грядущем уничтожении всех людей и собственности в Бордертауне.