— Но ведь зомбированными людьми управлять легче! Стадо всегда подчинялось только кнуту и прянику.

— Ситуация изменилась. Мы командуем быдлом, но думающие люди нам неподвластны.

— Да и черт с ними! Есть разные методы управления, для того мы и создаем психотронную систему, чтобы управлять всеми, в том числе и думающими. А ты что же, сомневаешься в нашей победе?

— Мои мысли не мешают мне работать, — уклончиво ответил Замятин.

— А ты от нас не сбежишь, полковник?

— Нет.

— Почему?

— Власть. — Замятин растянул бледные губы в кривоватой улыбке. — Власть — единственный наркотик, который напрямую не приводит к физиологическим изменениям в организме человека.

— Любопытная философия. Ты надеешься на изменение масштаба власти?

— Когда вы станете президентом, я останусь начальником охраны, этого вполне достаточно.

Аким Давидович окинул взглядом одутловатое, с мелкими чертами, невыразительное лицо полковника, пожевал губами и допил «чай». Подозвал стюардессу:

— Подавайте обед. Продолжай, — кивнул он Замятину.

— Спецназ президента действует успешнее наших парней потому, что сформирован из самых классных специалистов своего дела. У нас таких нет даже в ФАС.

— А «тающие»?

— Мы так и не научились сохранять кондиции «тающих» длительное время. Спустя два-три месяца после программирования у них начинается процесс фрустрации, заканчивающийся обычно через полгода полной деградацией.

— Ты хочешь сказать, что мы не сможем создать спецкоманду соответствующего уровня?

— В принципе, можем, и я этим занимаюсь, но проще переподчинить уже созданные команды — те же ЧК и «Хорс».

— Каким образом? — заинтересовался Сосновский.

— Спецназовцы обеих групп привыкли подчиняться своим командирам, а их мы как раз и сможем закодировать. — Замятин помолчал. — Или купить.

Сосновский улыбнулся.

— А не зря я тебя из зоны вытащил, качественно мыслишь. Установил, кто командует отрядами президента?

— Пока нет, у нас нет доступа к секретным серверам президентской службы безопасности. Попросите Кобягу, он поможет.

Аким Давидович нахмурился, недовольно буркнул:

— Этот гребаный экстрасенс зарвался. Иногда мне кажется, что он или работает еще на кого-то, или готовит собственную революцию.

— Конунги такого уровня работают в основном на себя, — безразличным тоном сказал полковник. — Я думаю, их лучше не злить. Работают с нами — и то хорошо.

— С чего это ты стал его защищать?

— Я защищаю не его, а вас. Помните, как первый Директор Проекта Бессараб попытался запрограммировать с помощью «лунного света» одного из грэев? Что из этого вышло?

— Не пугай, — отмахнулся Аким Давидович, с проснувшимся вожделением глянув на голые ноги стюардессы, которая принесла ему обед. — Бессараб не рассчитал своих сил, и у него не было такой аппаратуры и таких идей, как идея использовать группы людей в качестве живых пси-усилителей и пси-радаров. — Сосновский опрокинул в рот рюмку водки и принялся за еду. — Кстати, как идет подготовка к эксперименту в Вологде?

— Настоятель БЕСа уже закончил формирование массы усилителя, доведя численность молодых и здоровых послушников до необходимого количества в сто человек, и готов к демонстрации.

— Нам придется провести эксперимент без калибровки усилителя. Ждать, пока оставшиеся на свободе охотники за живым «расходным материалом» добудут необходимое количество детей, нецелесообразно.

— Включение такого солидного эгрегора без настройки опасно.

— Для кого?

— Прежде всего для послушников храма.

— Наберем новых в случае чего. Ничего с ними не сделается. Ты лучше давай побыстрее формируй триангулы [26] . Как продвигается дело?

— Есть определенные сдвиги. К концу августа у нас будет пять триангул и женская монада. Женский батальон Российского Легиона был расформирован, но я нашел концы и теперь собираю баб-профессионалок по всей стране.

— Молодец, так и до генерала дорастешь, — пошутил Аким Давидович, не заметив сверкнувший в глазах собеседника огонь. — Ладно, потом о делах поговорим, пригласи ко мне девочек.

Замятин освободил кресло, направляясь к щебечущим красавицам, ждущим, когда их господин обратит на них внимание, и в это время тихо зашипел воротник костюма Сосновского — это сработала система вызова абонента личной компьютерной сети. Аким Давидович сунул руку во внутренний карман пиджака, включая аудио-диалог с компьютером.