— Вот только в тот день, в среду, — сказал Лодердейл, — у Киннаула было назначено несколько встреч.

— А вечером?

— Вечер он провел дома с женой.

Уотсон кивнул:

— И снова мы возвращаемся к миссис Киннаул. Может быть, она врет?

— Она явно у него под башмаком, — сказал Ребус. — И принимает слишком много депрессантов. Я очень удивлюсь, если она сможет отличить вечер среды у себя в Куинсферри от двенадцатого июля в Лондондерри. [33]

Уотсон улыбнулся:

— Хорошо сказано, Джон, но давай держаться фактов.

— А фактов у нас кот наплакал, — сказал Лодердейл. — Ведь мы все знаем, кто наиболее очевидный кандидат на роль убийцы. Муж миссис Джек. Она узнаёт, что его поймали в борделе со спущенными штанами, они ссорятся. Убивать ее он, может, и не хотел, но в сердцах ударил. А она возьми да умри.

— Брюки на нем не были спущены, — напомнил своему начальнику Ребус.

— Кроме того, — добавил Уотсон, — у мистера Джека есть алиби. — Он заглянул в свои записи. — Утром у него была встреча с избирателями. Днем он играл в гольф, и это подтверждено его партнером и проверено констеблем Брумом. Потом заседание, где он выступал с речью чуть ли не перед сотней представителей делового сообщества Центрального Эдинбурга.

— И ездит он на белом «саабе», — добавил Ребус. — Мы должны проверить цвета автомобилей у всех, кто имеет отношение к этому делу, у всех друзей мистера и миссис Джек.

— Я уже дал задание сержанту Холмсу, — сказал Лодердейл. — А криминалисты обещают к утру подготовить результаты по «БМВ». Но у меня есть еще один вопрос. — Он повернулся к Ребусу. — Миссис Джек, судя по всему, целую неделю провела в горах. Она все это время была в «Гнезде глухаря»?

Ребус не мог не отдать должное Лодердейлу — у старого хрена мозги работали. Уотсон кивал так, словно и сам собирался задать этот вопрос, чего, конечно, у него и в мыслях не было. Но Ребус уже и сам спрашивал себя об этом.

— Не думаю, — ответил он. — Я считаю, что какое-то время она и в самом деле провела там, иначе откуда могли взяться номера воскресных газет и зеленый чемодан? Но чтобы целую неделю?.. Сомневаюсь. Никаких следов того, что там готовили пищу. Вся еда, коробки и прочая дребедень, что мы нашли, остались от одной из прошлых попоек. Кто-то пытался расчистить пространство на полу в гостиной так, чтобы там могли сидеть и пить один, максимум два человека. Но это, видимо, тоже все было в прошлый раз. Я полагаю, можно порасспрашивать гостей, когда будем снимать у них отпечатки пальцев…

— Снимать у них отпечатки пальцев? — переспросил Уотсон.

Лодердейл, как рассерженный папаша, начал ему втолковывать:

— Чтобы сузить круг подозреваемых. Нужно посмотреть, не окажутся ли там неидентифицированные отпечатки.

— И чем это нам поможет? — спросил Уотсон.

— Смысл в том, сэр, — объяснил Лодердейл, — что если миссис Джек не оставалась в «Гнезде глухаря», то нам нужно знать, кто был с ней и где она провела это время. Может быть, ее вообще там не было.

— Так… — сказал Уотсон, снова кивая, будто ему все было понятно.

— В субботу она навещала Эндрю Макмиллана, — добавил Ребус.

— Да, — подхватил Лодердейл, — а следующий, кто ее видит, насколько нам известно, — это молодой олух на ферме. Но что было в промежутке?

— В воскресенье она была в «Гнезде глухаря» со своими газетами, — сказал Ребус.

И вдруг он понял, что имеет в виду Лодердейл.

— Думаете, что, прочитав газету, она могла вернуться?

Лодердейл выставил перед собой руки и принялся разглядывать ногти.

— Это только гипотеза, — ответил он.

— У нас до хрена всяких гипотез, — сказал Уотсон, хлопая по столешнице ладонями, гораздо более мясистыми, чем у Лодердейла. — Нам нужно что-то определенное. И не будем забывать нашего друга Гласса. Нам все еще хочется поговорить с ним. Хотя бы про Дин-Бридж, если не про что-то другое. А пока… — Он, казалось, пытается сообразить, куда направить расследование, какие дать подчиненным высокоумные инструкции и наставления. Но в конечном счете сдался и вместо этого отхлебнул кофе. — А пока, — сказал он наконец Ребусу и Лодердейлу, ожидающим, когда он разрешится своей сокровенной мудростью, — давайте проявлять осторожность.

Похоже, он действительно сдает, подумал Ребус, следуя за Лодердейлом из кабинета. Времена героев сериала «Блюз Хилл-стрит» [34] давным-давно прошли. В коридоре, едва дверь за ними закрылась, Лодердейл схватил Ребуса за руку и заговорил взволнованным шепотом:

— Похоже, старший суперинтендант — кандидат на пенсию, как ты думаешь? Скоро большие шишки смекнут, что тут происходит, и отправят его на покой. — Он не мог скрыть радости. Да, думал Ребус, один-два прокола, и ему конец. И он подумал… подумал, способен ли Лодердейл, чтобы ускорить ход событий, подстроить какую-нибудь пакость. Кто-то же дал информацию в газеты об операции «Косарь». Казалось, это было сто лет назад. Вроде бы Крис Кемп обещал разузнать, как было дело. Не забыть спросить у Кемпа, что он накопал. Работы еще выше крыши…