– А! – произнес господин Жерар. – Да-да, мне кажется, я начинаю вас понимать.

– В таком случае, – сказал господин Жакаль, – перестаньте стучать зубами, поскольку это мешает вам говорить, и расскажите мне все с мельчайшими подробностями.

– Зачем? – спросил господин Жерар.

– Я мог бы и не говорить вам, зачем мне это нужно, но вы в таком случае попытаетесь обмануть меня. Так вот, мне нужно знать это для того, чтобы уничтожить следы.

– Следы!.. Так, значит, остались следы? – спросил господин Жерар, вытаращив свои маленькие глазки.

– Полагаю, что остались!

– Но какие же?

– Какие-какие!.. Прежде всего, ваша племянница…

– Моя племянница! Так она жива?

– Да. Мадам Жерар, как мне кажется, не смогла ее прикончить.

– Племянница! И вы уверены, что она не умерла?

– Я только что виделся с ней. И должен вам признаться, дорогой мсье Жерар, что ваше имя, а особенно имя вашей жены, произвело на нее ужасное действие.

– В таком случае она все знает?

– Вполне возможно. Поскольку при упоминании только одного имени ее доброй тети Урсулы она начинает испускать крики отчаяния.

– Урсулы?.. – переспросил господин Жерар, вздрагивая, словно от удара электрического разряда.

– Видите, – продолжал господин Жакаль, – это имя и на вас производит определенное действие. А теперь посудите сами, как на это имя реагирует бедная девочка! Так вот, кроме того, что надо заставить замолчать этого ребенка, который может в любой момент заговорить, следует убрать все компрометирующие вас улики. Видите ли, мсье Жерар, я – врач, и довольно неплохой врач. Я привык находить нужное лекарство в том случае, когда знаю темперамент людей, с которыми мне приходится иметь дело. А посему расскажите-ка мне все, не упуская ни малейшей подробности. Самая незначительная с виду деталь, которую вы опустите, сможет разрушить весь наш план. Значит, вы должны рассказать все, как было, представив, что перед вами врач или священник.

Господин Жерар, как и все хитрые звери, обладал обостренным чувством самосохранения. Будучи прилежным читателем политических газет, он встретил в самых роялистских настроенных газетах статьи против господина Сарранти, которые были написаны по приказу. И с тех пор почувствовал, что его охраняет чья-то невидимая рука. Он был похож на древних вождей, бившихся под эгидой Минервы. А господин Жакаль только что подтвердил его предположения.

А посему он понял, что ему нечего было опасаться этого полицейского, который пришел к нему в качестве союзника, что ему не было никакого смысла упорствовать в молчании или что-то утаивать, что надо было рассказать полицейскому все. И он начал рассказывать обо всем подробно, как рассказывал аббату Доминику, начиная со смерти своего брата и кончая сценой, когда, узнав об аресте господина Сарранти, он потребовал свою исповедь у священника.

– Ага! Теперь мне все ясно! – воскликнул господин Жакаль. – Все совершенно ясно.

– Как! – сказал с испугом господин Жерар. – Вам все ясно? Так, значит, придя сюда, вы ничего не знали?

– Не очень многое, должен признаться. Но теперь картина ясна.

Затем, поставив локоть на подлокотник кресла и подперев рукой подбородок, он несколько минут оставался в раздумье. В это время его лицо приняло выражение некоторой грусти, что было для него совершенно новым явлением.

– Бедный аббат! – прошептал он. – Теперь я понимаю, почему он клялся всеми богами в том, что его отец невиновен. Ясно, что он хотел сказать, говоря о доказательстве, которое он не может предъявить. И теперь совершенно понятно, почему он отправился в Рим.

– Что? Он отправился в Рим? – воскликнул господин Жерар. – Аббат Доминик отправился в Рим?

– Бог мой, да.

– А что же ему надо в Риме?

– Дорогой мой мсье Жерар, есть только один человек, который может освободить аббата Доминика от обязанности сохранять тайну исповеди.

– Да, папа римский.

– Так вот он и отправился к папе римскому, чтобы попросить его разрешения на разглашение этой тайны.

– О, боже!

– Именно для того, чтобы успеть совершить эту поездку, он попросил у короля отсрочить казнь и добился отсрочки.

– Но в таком случае я погиб! – закричал господин Жерар.

– Это почему же?

– Папа римский пойдет навстречу его просьбе.

Господин Жакаль отрицательно покачал головой.

– Вы полагаете, что нет?

– Я уверен в этом, мсье Жерар.

– Но как вы можете быть уверены?

– Я знаю Его Святейшество.

– Вы имеете честь быть знакомым с папой римским?

– Полиция имеет честь знать всех и вся, мсье Жерар. Она же имеет честь знать, что мсье Сарранти невиновен, что настоящим преступником являетесь вы.

– И что же?

– А то, что папа римский ему откажет.

– Откажет?

– Да. Этот жизнерадостный и упрямый монах хочет передать свою мирскую и духовную власть своему последователю такой, какой он получил ее от своего предшественника. Поэтому он найдет какой-нибудь документ для того, чтобы мотивировать свой отказ, но в любом случае это будет отказ.

– Ах, мсье Жакаль, – воскликнул господин Жерар, снова начал дрожать, как это случилось с ним несколькими минутами раньше, – а вдруг вы ошибаетесь…