Шрифт:
– Хорошо, я буду приезжать, мсье, – ответил честный филантроп, опустив голову.
– Тогда нам остается только договориться о днях и времени наших встреч.
– Да, – машинально ответил господин Жерар, – остается договориться только об этом.
– Что касается дней, то что вы скажете, например, про среду, день Меркурия, и пятницу, день Венеры? Вы не против этих двух дней?
Господин Жерар согласно кивнул.
– Теперь о времени… Что вы скажете о семи часах утра?
– Семь часов утра?.. Мне думается, что это рановато…
– Слушайте, дорогой мсье Жерар, вы, вероятно, не видели очень сильную и модную сейчас драму, в которой так замечательно играет Фредерик и которая называется «Трактир семейства Адре»?Так вот в той драме поется один романс, заканчивающийся вот таким припевом:
Кто добродетелен душой,Тот просыпается с зарей.Поскольку скоро лето, заря начинает вставать в три часа утра. И я полагал, что нет ничего предосудительного в том, что назначу вам встречу на семь часов…
– Ладно, пусть будет в семь утра! – ответил господин Жерар.
– Вот и отлично, – произнес господин Жакаль. – А теперь давайте составим распорядок вашей жизни на остальные дни, дорогой мсье Жерар.
– Какой еще распорядок? – спросил господин Жерар.
– Сейчас расскажу.
Господин Жерар подавил вздох. Он почувствовал себя мышью, попавшей в лапы коту, человеком, попавшим в когти тигра.
– Вы еще достаточно крепки, мсье Жерар.
– Хм! – буркнул честнейший человек с таким видом, словно хотел сказать: «Да так себе».
– С вашим строгим нравом вы, должно быть, любите прогулки?
– Да, мсье, люблю.
– Вот видите! И я уверен в том, что вы сможете гулять ежедневно по пять-шесть часов и при этом не испытаете ни малейшей усталости.
– Это многовато!
– Потом выработается привычка, дорогой мсье… Возможно, в первые дни вы и будете уставать, но потом уже не сможете без этого обойтись.
– Может быть, – сказал господин Жерар, не понимая, куда же это клонит господин Жакаль.
– Уверен в этом!
– Пусть так.
– Так вот, мсье Жерар, вам необходимо прогуливаться.
– Но я и так прогуливаюсь, мсье Жакаль.
– Да-да. В вашем саду, в Севрском лесу, в Бельвю, в Виль-д'Аврее… Но это все бесполезные прогулки, мсье Жерар, поскольку от них нет никакой пользы ни людям, ни нашему правительству.
– Действительно! – ответил господин Жерар, чтобы хоть что-нибудь сказать.
– Но не стоит так бессмысленно тратить ваше время, дорогой мсье Жерар. Я сейчас укажу вам цель ваших прогулок.
– Да?
– Да. И постараюсь по возможности сделать их более разнообразными.
– Но кому нужны все эти прогулки?
– Кому? Прежде всего они полезны для вашего здоровья: прогулка – это индивидуальное упражнение.
– А разве я не могу его выполнять рядом с домом?
– Рядом с домом?.. Да вам уже известны все окрестности, и они вам должны были надоесть. Ведь вы уже лет шесть-семь топчете все тропинки в округе. Вы должны быть уже пресыщены Ванвром и его окрестностями. Поймите, просто необходимо нарушить монотонность ваших прогулок по полям. И мне бы хотелось, чтобы вы начали гулять по парижским улицам.
– Если честно, – сказал господин Жерар, – то я вас не понимаю.
– Ладно, тогда постараюсь выразиться так просто и ясно, как только смогу.
– Слушаю вас, мсье.
– Дорогой мсье Жерар, вы ведь преданный подданный короля, не так ли?
– Боже праведный! Я очень почитаю Его Величество!
– Готовы ли вы верной службой ему искупить ваши слабости или, скажем, ваши некоторые ошибки?
– И каким же образом я мог бы служить королю, мсье?
– А вот каким: короля окружают всевозможные враги, мсье Жерар.
– Увы!..
– И бедный наш король не может бороться со всеми ними в одиночку. А поэтому он поручает самым преданным своим подданным защищать его, биться за него, разить злоумышленников. А на королевском языке злоумышленниками, мсье Жерар, называются моабиты, амалециты, все те, кто так или иначе, по той или иной причине стоит на стороне той партии, представителем которой является этот презренный господин Сарранти. А кроме того, те, кто не любит короля, но слишком любит герцога Орлеанского. И, наконец, все те, кто, не любя ни того, ни другого, с симпатией вспоминают о проклятой революции 1789 года, с которой, как вы знаете, дорогой мсье Жерар, и начались все несчастья Франции. Вот кто считается злоумышленниками, мсье Жерар, вот кто является врагами короля, теми гидрами, с которыми я и призываю вас бороться. Ведь это очень благородная задача, не правда ли?