– Вы можете предоставить эти материалы по истории до Катастрофы?

– Считайте, что уже предоставлены.

– Но всё равно -- каков ВАШ интерес?

– Мы не хотим жить в тени Зла.

– Вы говорите как Адепт...

Тор неожиданно рассмеялся.

– Даже в откровенном бреде, иногда бывают частички Истины -- глубокомысленно заметил он сотрясаясь от смеха.

– Вы предлагаете нам, заместо реального бессмертия уверовать в ту чушь?
– почти в шутку спросил Вилек.
– Потому, что там есть "частичка Истины"?

– Религии слишком часто становились бациллами более убийственными чем даже самая страшная чума. Так что пожалуйста не это!
– полу в шутку полу всерьёз заявил Тор.
– Но подумать, чисто рационально об этом стоит. Зло и Добро не такая уж "иррациональная чушь", как представляется некоторым вашим учёным. Эти понятия имеют очень серьёзное термодинамическое основание... Но, всё-таки, "вернёмся к нашим баранам"...

Вилек кивнул.

– Мы очень хотели бы, чтобы вы прекратили эти работы. И перенацелили ваших учёных на что-нибудь более прагматичное и полезное для всей республики. Финансовые потоки тоже. Естественно...

– Это угроза?

Тор тяжко вздохнул.

– Да. Угроза. Если вы не прекратите, то мы будем вынуждены уничтожить лаборатории. Вместе с носителями тайны. Поверьте -- мы более чем в состоянии это сделать. К тому же, вам стоило бы подумать и о такой угрозе как Совет Конфедерации. У космопола есть информация, пока не подтверждённая, о ваших разработках. Если они удостоверятся, что так и есть на самом деле... Вы знаете что последует с их стороны.

– Я вас понял.

– Чисто как жест...
– вдруг резко добавил Тор.
– Если вы вовремя прекратите эти работы, мы приложим все усилия, чтобы информация об этих работах не дошла до Совета Конфедерации.

– Сколько у нас времени?
– сохраняя внешнее спокойствие спросил Вилек.

– Шесть суток.

******

Брис спрятал пистолет и выпрямился.

– Вы меня напугали!
– сказал он смотря как из глаз спрятавшихся медленно уходит страх.
– Я думал тут какая-то катастрофа. Выхожу, а никого нет. Как вымерло всё. Вот и подумал, чёрт его знает что. То ли звери всех поели, то ли бандиты напали... А вы тут ещё в крик.

Глава семейства, - видно первым пришёл в себя, - начинает подхихикивать. Глаз у него дёргается, но на лице -- недоверие.

– Кстати!
– Брис вспомнил, наконец, зачем пришёл.
– Вы уж извините, но я тут зашёл к вам... У вас, случаем, стандартной аптечки не найдётся? А то у меня с этим делом -- полный швах!

Последние слова он произнёс откровенно стесняясь. Не привык он вот так просить чего-то.

– Но если надо -- я заплачу!
– тут же поспешно добавил он, вспомнив, что в кармане у него сейчас не "студенческий минимум", а очень даже полновесная карточка на предъявителя.

Последняя фраза подействовала как какой-то волшебный тумблер. Казалось, где-то даже характерный щелчок раздался. Оба хозяева тут же, чуть ли не подпрыгнув полезли из-за ящика, торопясь исполнить долг. И не ясно было -- то ли просьба о помощи на них так подействовала, или прямая декларация платежеспособности заявителя.

Детки, так и не отойдя от пережитого страха, опасливо, созерцали пришельца округленными глазами не торопясь покидать укрытия.

Семейка оказалась вполне нормальной. Но страх, с каким они по-началу смотрели на Бриса, оставался долго. Будто от него всё ещё ждали какой-то гадости.

Хозяин -- крепенький мужичок с большими, обвислыми рыжими усами и намечающейся лысиной. Кланялся постоянно как заведённый. Да так резко, что на ветру усы развевались.

Как заметил Брис, они к карточке практически не притронулись. Хотя он демонстративно положил её прямо посерёдке большого стола в гостиной. Сразу же после того, как воспользовался их аптечкой. Детки так те совсем куда-то временно исчезли. Пришлось Брису снова забирать эту карточку и снова искать куда-то исчезнувших хозяев.

Этот неисчезающий страх фермеров перед ним, стал постепенно Бриса нервировать. Пришлось снова искать "главу семейства" и вступать с ним в более плотные переговоры.

Для начала Брис как можно более серьёзно попытался втолковать постоянно трясущемуся хозяину, что от него ничего плохого ждать не следует. Что он никакого зла им не желает и вообще явился сюда в надежде на чьё-то гостеприимство. А не с какими-то кровожадными намерениями.

Увещевания хоть и подействовали, но слабо. Тут больше, скорее всего, действовал фактор времени. К нему, как к неопасному хоть и медленно, но привыкали.