– Есть!

Порезанный на несколько кусов голем разваливается по полу.

– Стоять! – Артём наводит на ворвавшихся в гостиную телохранителей многозадачный жезл, а Уэрбо добавляет пулю в стену.

– На колени! Руки за голову!

Тут же следует весёлое восклицание:

– Не подчиняйтесь!

Это кричит катящаяся по полу голова голема. И глупое её восклицание заставляет охрану Шизгары вскинуть оружие. Или же они недостаточно хорошо оценили происходящее. Или же были слишком глупы. Или…

К чему предполагать то, что невозможно проверить?

Музыка стоял первым. Широченный, перегораживающий почти весь дверной проём, он понадеялся на «Щит» и потому даже не делает попытки укрыться – врезает из укороченного «калашникова», веером распределяя свинцовые подарки по комнате. Автоматные пули осами летят в падающих за мебель наёмников, вгрызаются в диван, в перевёрнутый стол, в стены… Одна попадает в бедро не слишком шустрого Артёма, вызывая короткий вскрик, но… Но Музыка не учитывает, что «Пронзающий боло» – оружие умное и заряжено не на один удар. Расправившись с големом, «Боло» вернулся к Кортесу, и тот, прежде чем свалиться за диван, успевает метнуть его в телохранителей.

– А-а!!! – Один из металлических шаров врезается Туру в лицо, превращая нос в расплющенное месиво. – Дерьмо!

Но ему везёт, потому что Музыку нить «Боло» шинкует так же, как несколько секунд назад голема – быстро, безжалостно и аккуратно. Широченный телохранитель распадается, Яро и Тур успевают укрыться за дверью, но высунувшийся из-за стола Аэрба лупит налево от двери из «1911». Тяжёлые пули пробивают лёгкую стеночку, а следом – Яро. Три в грудь – и рослый телохранитель с грохотом валится на пол.

– Я сдаюсь! – вопит Тур, но опаздывает на какую-то секунду.

Корчащийся от боли Артём не выходит из боя и бьёт направо от двери «Эльфийской стрелой» из многозадачного жезла. Молния выжигает Туру живот ровно в тот момент, когда телохранитель договаривает:

– …юсь!

После чего следует очередной грохот падающего тела.

Кортес прихватывает «Боло», скептически разглядывает трупы, затем – белого от ужаса Шизгару: Виталик успел забиться в угол и там укрылся от автоматной очереди, – после чего поворачивается к зубоскалящей голове голема:

– Ты ещё здесь?

– Ага, – жизнерадостно подтверждает Магир.

– Решил досмотреть кино до конца?

– Жалко денег за билеты.

– Экономный какой, – бурчит Аэрба. Он уже убрал пистолет и накладывает Артёму жгут. – Прям шас.

– Только искусственный, – поддерживает капитана молодой наёмник.

Голем умолкает, но продолжает улыбаться.

Присутствие в кукле оператора настораживает Кортеса: по всем расчётам, навы должны были захватить его много драгоценных секунд назад.

– Надеялись взять два кубка вместо одного? – осведомляется голова.

– Планировали, – уточняет Кортес.

– Планируйте ещё, может, когда-нибудь получится.

Раздаётся последнее «Ха-ха-ха!», после чего глаза куклы стекленеют, рот перекашивается, и отсечённая голова становится такой, как ей и положено – мёртвой. Только крови нет.

– Лажанулись? – тихо спрашивает Артём.

– Похоже, – так же негромко кивает Кортес и достает зазвонивший телефон: – Да?

– Мы пришли не к источнику сигнала, а к ретранслятору, – скупо сообщает Ортега. – Что у вас?

– Шизгара жив.

– Значит, зададим ему на несколько вопросов больше, чем собирались.

– Зачем?

– Что «зачем»? – не понял Шарге.

– Зачем вы приказали отпустить Шизгару? – едва не выкрикнул Магир. Юноша только что обратился, только вернулся в безопасный фургон, где его поджидал старый чуд, ещё продолжал сжимать в руке очки и, видимо, не отошёл от горячки скоротечного боя. И только поэтому повёл себя не совсем адекватно. – Нужно было его убить!

– Кого?

– Шизгару!

– Зачем?

– Он расскажет всё, что знает.

– Он уже рассказал всё, что знает, – поправил кровожадного помощника чуд. – Навы ведут допросы быстро и эффективно. В своё время лучшие умы Ордена пытались разобраться в методике тёмных, но результата не достигли.

– Пытки, – отрывисто бросил Магир.

– Пытки – только часть процесса, – негромко ответил мастер големов. – В том-то и дело, что навы придумали нечто уникальное и не столь грубое…

– Да, они умны, – отмахнулся юноша. – Но почему вы не позволили убить Шизгару?