Шрифт:
– Эм, извините, - сказал он.
Я отодвинулся в сторону, чтобы он смог пройти. Мои глаза нашли кафе-бар. Женщина с дико вьющимися волосами, одетая, ага, в фиолетовую рубашку, окрашенную методом узелковый батик, стояла спиной ко мне. Никаких сомнений. Это Куки. Сердце начало биться учащённо. Она повернулась, увидела меня и улыбнулась.
– Могу ли я что-нибудь предложить вам?
– Привет, Куки.
– Привет.
Молчание.
– Ты помнишь меня?
– спросил я.
Она вытирала полотенцем с рук глазурь.
– У меня плохая память на лица, но ещё хуже на имена. Так что я могу вам предложить?
– Я бывал здесь раньше. Шесть лет назад. Мою девушку звали Натали Эйвери. Мы обычно сидели за столиком в углу.
Она кивнула, но не так, как будто вспомнила. Она кивнула, как будто хотела успокоить сумасшедшего.
– Много покупателей. Кофе? Пончики?
– Натали любила ваши булочки.
– Булочки, значит, булочки. С черникой?
– Меня зовут Джейк Фишер. Я писал диссертацию по верховенству права. Вы спрашивали меня о ней. Натали была художницей из усадьбы. Она сидела с альбомом вон в том углу, - я показал на столик, как будто это имело значение.
– Шесть лет назад. Всё лето. Чёрт возьми, это ты обратила моё внимание на неё.
– Угу, - произнесла она, перебирая пальцами бусы, как будто чётки.
– Видишь, это и есть положительная сторона имени Куки. Сложно забыть человека, которого зовут Куки. Такое имя застревает в голове. Но отрицательная сторона в том, что поскольку все помнят твоё имя, они думают, что ты тоже должна помнить их. Ты понимаешь, о чём я?
– Понимаю, - сказал я и добавил.
– Ты что, правда, не помнишь меня?
Она не потрудилась ответить. Я обвёл взглядом кафе. Люди за столиками начали пялиться на нас. Парень в бордовой бейсболке стоял рядом с журналами, притворяясь, что не слышит ничего. Я снова повернулся к Куки.
– Маленький кофе, пожалуйста.
– Без булочек?
– Без, спасибо.
Она взяла чашку и начала наливать в неё кофе.
– Ты всё ещё с Дениз?
– спросил я.
Её тело напряглось.
– Она работала в усадьбе на верху холма. Оттуда я и знаю её.
Я увидел, как Куки сглотнула.
– Мы никогда не работали в усадьбе.
– Конечно же, ты работала. Творческое восстановление, прямо в конце дорожки. Дениз приносила кофе и твои булочки.
Она закончила наливать кофе и поставила его передо мной на прилавок.
– Послушайте, мистер. Мне нужно работать.
Я наклонился ближе к ней.
– Натали любила твои булочки.
– Ты уже говорил это.
– Вы всё время говорили о них.
– Я разговариваю со многими людьми о моих булочках, понятно? Извини, но я не помню тебя. Наверное, мне бы стоило быть вежливой и притвориться, что помню тебя и сказать: "О, конечно, ты и твоя девушка, которая любит булочки, как вы, ребята, поживаете?" Но я не буду так делать. Вот, твой кофе. Что-нибудь ещё?
Я вытащил визитку с моими номерами телефонов.
– Если что-нибудь вспомнишь...
– Что-нибудь ещё?
– спросила она теперь резким тоном.
– Нет.
– Тогда с тебя доллар пятьдесят. Хорошего дня.
Глава 9
Сейчас я понял, что значит ощущение, будто за тобой следят.
Как я узнал? Интуиция, возможно. Мой спинной мозг почувствовал слежку. Я ощущал её в основном на физическом уровне. Ну, и плюс, одна и та же машина, серый фургон Шевроле с вермонтскими номерами, ехала за мной с тех пор, как я покинул Крафтборо.
Я не могу ручаться, но мне показалось, что на водителе была бордовая бейсболка.
Я не знал, что делать. Я попытался рассмотреть номера, но уже было слишком темно. Если я замедлялся, то он тоже. Если я ехал быстрее, то и он. Мне в голову пришла идея. Я остановился в зоне отдыха, чтобы посмотреть, что сделает мой хвост. Я увидел, что фургон замедлился, а потом поехал дальше. С этого момента, я больше не видел его.
Так что, возможно, за мой и не следили.
Я был в десяти минутах езды от Лэнфорда, когда раздался звонок. Мой телефон был связан с Блютуз автомобиля, чтобы выяснить, как это работает, у меня ушло много времени, так что я увидел на экране радио, что это была Шанта Ньюлин. Она обещала до конца дня дать мне адрес Натали. Я ответил на звонок, нажав кнопку на руле.
– Это Шанта, - сказала она.
– Ага, я знаю. У меня есть эта штуковина, которая определяет номер телефона.
– А я думала, что годы, проведённые в ФБР, сделали меня особенной, - сказала она.
– Где ты?
– Возвращаюсь в Лэнфорд.
– Откуда?
– Это длинная история. Ты нашла её адрес?
– Поэтому я и звоню, - сказала Шанта. И я услышал что-то на заднем плане, похожее, мужской голос.
– У меня пока его нет.
– Да?
– сказал я, потому что, что ещё я мог сказать на это.
– Возникла какая-то проблема?