Азагот пальцем поймал слезу и, чёрт возьми, как же было приятно снова прикасаться к Лиллиане.

– Это не важно. Ничего не имеет значения. – Сердце колотилось о грудную клетку. – Скажи, что ты пришла сюда, чтобы остаться. Скажи...

Лиллиана поцелуем заставила его замолкнуть. Отстранившись, она улыбнулась.

– Окно, через которое я могла отсюда выбраться, закрылось спустя шестьдесят секунд с момента, как я здесь оказалась.

Азагот отступил и едва не растянулся на лестнице.

– Лилли, проклятье... ты очень рисковала. А что если бы ты пришла сюда, а я был бы в ярости? Или бы никогда тебя не простил?

– Тогда я провела бы остаток жизни, налаживая с тобой отношения. – Она улыбнулась. – Я могу быть довольно убедительной. Мне бы не потребовалась вечность. К тому же, я поняла, что могла бы час в день путешествовать во времени.

Азагот поморщился. Провёл рукой по волосам. Посмотрел себе под ноги. Обувь оказалась грязной.

– Э-э... насчёт этого. Я, вроде как, уничтожил хроногласс.

– Что ты сделал?

– Знаю, я идиот. Просто...

Лиллиана резко и с силой обхватила его руку.

– Азагот! Посмотри.

Повертев головой, он заметил новое возрождение своего мира. Его дочь уставилась в изумлении на зелёную, густую траву, появившуюся на выжженной земле. Корявые, голые деревья выпрямились, место почерневшей коры заняла свежая и здоровая. На потянувшихся к бесконечно синему небу ветках появилась листва. Здания вокруг снова стали белоснежными, а в фонтанах была кристально чистая вода.

– Лилли, это всё благодаря тебе, – выдохнул Азагот, любовь к ней текла по венам и вливалась в его мир. – Всё это благодаря тебе.

Она украдкой приблизилась к нему и обвила руками за талию.

– Мы оба это сделали. Дело в тебе. Ты снова можешь чувствовать.

– Да, – ответил Азагот, опустив голову, чтобы поцеловать Лиллиану. – Я чувствую. – Сейчас он чувствовал всё. Любовь. Радость. Нежность.

– Но вся красота, вливающаяся в моё царство – это всего лишь отражение того, что я вижу, когда смотрю на тебя, – прошептал он в её жаркие губы.

С тех пор, как Лилли вернулась в Шеул-гра прошло восемь дней, но для Азагота королевство теперь казалось Небесами.

Он мог бы сказать, что Лиллиана скучала по путешествиям во времени, но, быть может, ему удастся организовать артефакт, с помощью которого она сможет хоть иногда выбираться отсюда. Азагот слышал о некоторых предметах – один из которых был у мучителя Лилли, – которые могли перенести пользователя в конкретное время и место.

Мрачный Жнец решил, что это лучше, чем ничего.

Он занимал Лиллиану планами по новому уровню Чистилища, и уже совсем скоро начнётся строительство. Она также ухаживала за новыми растениями в королевстве, но скоро ей потребуется какое-нибудь определённое дело. Азагот просто понять не мог, какое именно, но точно не хотел, чтобы она участвовала в жатве душ или посещала уровни Чистилища.

Открывающаяся дверь в кабинет Азагота выдернула его из планирования, и он надеялся, что сейчас войдёт Лилли, вытащит его на обед и, если повезёт, на небольшую сессию на простынях. Или у стены. Или, возможно, если Мрачному Жнецу очень повезёт, Лилли совершит что-нибудь заслуживающее порки.

Он не был особенно разборчив.

– Входи, – крикнул он.

Дверь распахнулась и в комнату влетела Хайвестер – небесный наблюдатель Четырёх Всадников, – одетая как обычно в супер откровенную одежду. Должно быть её супругу Риверу нравятся её чёрная кожаная мини-юбка и высокие до бедра сапоги. Азаготу как можно скорее нужно добыть такой костюмчик для Лиллианы.

– Азагот. – Хайвестер откинула от лица длинные чёрные волосы. – Предполагаю, что ты позвал меня из-за одолжения, которое я тебе задолжала?

– Да. – Азагот откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди. – Мне нужно убить ангела.

Хайвестер резко втянула воздух.

– Ты же понимаешь, что я больше не падшая. Я не могу убивать ангелов ради забавы. Заметь, не то чтобы я этого не хотела. Но, к сожалению, Небеса хмура смотрят на ангелов, преследующих других ангелов.

– Ты с этим справишься, – произнёс Азагот с нотками предупреждения в голосе. – Когда я пустил тебя в Чистилище, чтобы спасти Ривера, ты согласилась принести мне один предмет и одного человека по моему выбору. Мой выбор – Стамтиэль.