– Признаюсь, нет.

– О!.. – Боулмингтон мечтательно закатил глаза. – Я тоже не могу назвать точную цифру – уж очень она невероятна! Но уверяю тебя, приятель, фрегат, груженный собольими шкурками, лучше испанского брига с золотом Монтесумы в трюме!

– Не может быть!

– Точно!

– Но соболя тебе не достались.

– С чего ты так решил?

– Ты ведь сам сказал: я собирался перехватить русский фрегат. То есть собирался, но не перехватил.

– Верно, – покаянно склонил голову Боулмингтон. – Не срослось. А все из-за того, что «Дракула» вмерз в лед! И, черт возьми, нам пришлось зимовать в этих полярных льдах. Питаясь только мясом моржей и белых медведей.

– Я слышал, есть мясо белых медведей очень опасно.

– Нет. Нужно только как следует его прожарить. А вот печень нельзя есть ни в коем случае!

– Экспедиция Саломона Андрэ! – вспомнил Том. – Он пытался долететь до Северного полюса на воздушном шаре!

– Точно, приятель, – кивнул Боулмингтон. – Их убила печень белого медведя. Вернее, трихинеллы, которых они съели вместе с печенью. Я оказался предусмотрительнее. Я сразу сказал своим матросам: «Эй вы! Дети шлюх и гоблинов! Хотите дожить до весны, медвежью печень – за борт!»

– Вы Ахава не видели? – поинтересовался Том.

– Нашему обществу он предпочел одиночество. – Изящным движением кисти левой руки мистер Картрайт указал в дальний конец сада.

– Да и черт бы с ним! – с бодрой непосредственностью добавил Боулмингтон. – Мы предложили ему отправиться с нами на охоту! Верно, Уилмор? – Мистер Картрайт степенно кивнул. – Он отказался!

Боулмингтон развел руками. Он решительно не понимал, как человек в здравом уме может отказаться от столь заманчивого предложения?

– Миссис Картрайт хочет предложить вам для начала сыграть партию в игру.

– Что за игра? – встрепенулся Боулмингтон. – Я не прочь перекинуться в кости!

– Это совсем другая игра. Но, уверен, вам она понравится.

– Нельзя быть слишком уверенным в том, чего вы не знаете наверняка, молодой человек, – с мягкой укоризной заметил мистер Картрайт.

Том лишь улыбнулся в ответ. Он-то точно знал, что, как только эти двое засядут за «Монополию», они тотчас позабудут обо всех своих планах.

– Надеюсь, эта игра на деньги? – спросил Боулмингтон.

– Разумеется, – заверил его Том. – На очень большие деньги. Если повезет, вы сможете сколотить целое состояние!

– Ну как, дружище, глянем, что это за игра? – Боулмингтон по-приятельски хлопнул мистера Картрайта по плечу.

– Почему бы и нет, – согласился тот.

– Ты с нами, приятель? – спросил Боулмингтон у Тома.

– Присоединюсь чуть позже, – ответил тот. – Мне нужно перекинуться парой слов с Ахавом.

Капитан Джек с мистером Картрайтом отправились в дом, чтобы пасть жертвами безумной страсти виртуального стяжательства.

А Том направился вглубь сада, где скрывался Ахав.

«Серый» сидел на низенькой скамеечке, которой пользовался дядя Боб, когда обрабатывал корни кустов и деревьев. Руки его лежали на разведенных широко в стороны коленях. Голова была опущена. Вся поза его была настолько расслаблена, что казалось, «серый» спал.

– Ахав, – негромко окликнул Том.

– Я здесь, – ответил «серый».

«Странная фраза, – подумал Том. – Где он еще может находиться, как не здесь?»

– Ну что? – спросил Том.

«Серый» покачал головой.

– Это самый глупый из всех вопросов, какой только можно задать.

– Извини, умнее не придумал.

– Просто скажи, что тебе надо.

– Мне нужен пятый пакаль.

– Пакаль! – насмешливо повторил Ахав. – Пакаль будет послезавтра!

– Что ты тогда здесь делаешь?

– Сижу. Любуюсь на увядшие цветы. Не хочу идти в дом, потому что там меня заставят играть в «Монополию».

– А что, если все же попытаться…

– Договаривай.

– Что, если попытаться поискать пакаль?

– Ты, должно быть, знаешь, как это делается.

– Ты знаешь.

– Я знаю. И я тебе говорю: бесполезно.

– У русских квестеров есть детектор пакалей.

– Русских нет в городе!

– Да, верно.

Том опустил голову и прикусил зубами ноготь большого пальца.

– Пакали всегда появляются вблизи разлома. Так ведь?

– Так.

– Ну, тогда я пойду там пошарю.

– Пустая трата времени.

– Мне все равно больше нечем заняться.

Ахав безразлично дернул плечом – мне, мол, побоку, поступай, как знаешь.