Шрифт:
– Не бойтесь, никто вас не отравит! – усмехнулся Профессор. – Хотя я бы мог убить вас сейчас и избавиться от многих неприятностей, которые мне, несомненно, грозят, покуда вы живы, Орест Самсонович. Однако вы, надо признать, забавны, а ваши неуклюжие попытки остановить меня не более опасны, чем укус комара! Но комара в любой момент можно элементарно прихлопнуть. Однако пока этот момент не настал! Попробуйте бургундское, оно из королевских погребов Версаля! Выпьем за ваше здоровье, Бергамотов!
Орест Самсонович пригубил вина, которое в самом деле оказалось сказочным. Но к еде он не притронулся.
– Рано или поздно фортуна изменит вам, вы допустите просчет, вас предадут, в конце концов нелепая случайность приведет к краху ваших начинаний. И вы будете повержены! – проговорил Орест Самсонович.
Профессор в ответ просвистел:
– О да, наверняка так и будет! Потому что только безумец может считать, что ему всю жизнь будет сопутствовать успех. Посему я планирую свое последнее дело – самое грандиозное и прибыльное из всех, что я провернул до сих пор. Оно позволит мне одним махом обрести небывалую власть – и небывалые деньги.
Чувствуя, что руки у него начинают слегка дрожать, что было крайне необычно, Орест Самсонович спросил:
– И что же вы намерены провернуть, господин Профессор?
Тот снова усмехнулся:
– О, этого я вам не скажу, Бергамотов! Я же не дурак! Хотя… Хотя могу сказать, но тогда мне придется вас убить. Вы же этого не хотите?
Орест Самсонович не отвечал, снова пригубив вина. Его все еще мучил вопрос, для чего Профессор вообще распорядился привезти его на встречу с собой. Ему явно что-то требовалось – но что именно?
– За вашей карьерой я пристально слежу со времен отставки Витте, вызванной, как мы с вами прекрасно знаем, иными, нежели презентованные общественности, причинами [10] . Вы, Бергамотов, крайне умны, честолюбивы и понимаете, что способны на большее, нежели на расследование всех этих забавных, но по сути смешных дел о краже побрякушек, убийстве опостылевшего мужа или ограблении банка. Все это мило, но… Но как-то по-вегетариански! Мы ведь с вами похожи! Вам требуется признание, вам требуется слава, вам требуется возможность использовать свой талант на все сто процентов!
10
См. роман Леонида Державина-Клеопатрова «Орест Бергамотов и Поцелуй Марсельезы». Изд-во «Ктулху».
Он смолк, а Орест Самсонович, осушив бокал, произнес:
– Бургундское из королевских погребов Версаля, признаюсь, выше всяких похвал. Как я понимаю, вы делаете мне предложение?
Профессор со свистом ответил:
– О да! Мне нужен мозговой центр, человек, который сумеет сделать, чтобы мое последнее грандиозное дело прошло именно так, как я задумал. Это будет намного масштабнее дела с попыткой похищения императорских регалий – ведь именно вы тогда, сами того не ведая, расстроили мои грандиозные планы [11] . На этот раз в моем замысле задействованы сотни человек в разных странах, а это значит, что имеется большая вероятность того, что что-то пойдет не так, как изначально запланировано. А вы, Бергамотов, в состоянии обеспечить мне осуществление моего плана! Ибо все те, кто меня окружают, по-своему талантливы, даже умы, но не гениальны! Гений – это я! И гений – это вы! Так зачем же двум гениям враждовать друг с другом, не лучше ли нам объединиться?
11
См. роман Леонида Державина-Клеопатрова «Орест Бергамотов и Корона Российской империи». Изд-во «Ктулху».
Орест Самсонович вытер губы салфеткой и произнес:
– Но вы понимаете, что это будет небезвозмездно, Профессор?
Снова раздались шаги, и голос около него просвистел:
– Тридцать процентов! Тридцать процентов от добычи! Еще двадцать уйдет на покрытие расходов, оплату персонала и того, что американцы именуют новомодным словом «логистика». А остальные пятьдесят – это моя доля! Ибо именно я разработал этот план, и мне надлежит получить львиную долю!
Орест Самсонович поднялся, резко отодвинул стул и сказал:
– Ваше предложение, надо сказать, более чем щедро. Я ожидал для себя не более пятнадцати процентов. Это факт номер один. Вы, видимо, зашли в тупик, и ваше дело уже сейчас идет не по графику, раз вы решились привлечь на свою сторону меня. Не исключено, что без моей помощи ваш план вообще не сработает. Это факт номер два. Вы можете убить меня, что бесспорно, но кто гарантирует, что сейчас кладбище не окружено… нет, не полицией, а теми, кто работает на меня? Это факт номер три! И вы говорите, что мы с вами похожи, Профессор? Отнюдь! Вы – профессор зла, я же, и пусть это звучит пафосно, стараюсь служить добру. Поэтому нам не по пути. Это факт номер четыре. И наконец, факт номер пять – мне пора вас покинуть!
Он поднялся и двинулся к выходу. Орест Самсонович понимал, что играет ва-банк, но другой возможности у него не было.
– Вы делаете ошибку, большую ошибку! – просвистел ему в спину Профессор. – Потому что отвергли предложение, подобного которому я еще никому не делал. Если вы сейчас выйдете, Бергамотов, то тем самым подпишите себе смертный приговор. Нет, не сию секунду, потому что мне хочется, чтобы вы стали свидетелем моего триумфа и своего поражения. А потом, когда мой план осуществится и вы, думаю, будете сожалеть, что не приняли моего более чем щедрого предложения, вам придется умереть! Так и быть, смерть у вас будет быстрой и легкой. И это факт номер шесть!