Потому что совпадений тут нет и в помине. Кто-то разыгрывает хитрую многоходовую комбинацию — очень сложную, с множеством отвлекающих маневров, «камней в кусты», — и спровоцированный приезд Граева лишь один из ходов в непонятной пока игре. А КАПО и Джазмен, мнящие себя игроками, в той игре лишь пешки…

Шанс уцелеть лишь один — выйти на главного игрока.

Солнце окончательно исчезло за отрогами западного берега, облака на горизонте окрасились в неприятный цвет артериальной крови. Ползущая по воде тень доползла, накрыла Граева, и сразу стало по-вечернему прохладно… Но он просидел у воды еще час, потом поднялся и пошагал в сторону их временного жилья.

Разрозненные эпизоды с трудом, со скрипом, но сложились-таки в единую и относительно непротиворечивую картину. Теперь предстояло поставить контрольный опыт.

В арендованном Людмилой доме ждал сюрприз: заявился капитан Крапивин собственной персоной. На сей раз он пришел без закрывающих лицо бинтов — очевидно, счел, что отныне нет нужды объяснять случайно встреченным знакомым: самовольно, дескать, отлучился из больницы втайне от медиков.

И, судя по взволнованному лицу Крапивина, произошло нечто экстраординарное.

Только не кричите. Сидите тихо и выслушайте меня, как мужчина.

Сообщил капитан Крапивин новости действительно сверхважные: найден след Ларисы Поляковой! Очень горячий след…

Оказывается, положив на больничную койку замотанного бинтами дублера, засев дома и беззастенчиво воспользовавшись соседским телефоном, голубоглазый капитан не терял времени зря. Задействовал все свои личные, дружеские связи, — за двадцать лет службы в Ямбургском РУВД накопилось их немало.

Причем успех был достигнут двойной.

Во-первых, вычислен «оборотень в погонах»: коллега Крапивина, завербованный похитителями и покрывающий пропажи детей в районе.

Во-вторых, один из информаторов капитана видел машину — «вольво» цвета «металлик» с густо тонированными стеклами. Из машины вышла и отправилась в придорожные кустики девочка-подросток — обыденное дело, но внимание крапивинского конфидента привлек тот факт, что следом за девушкой отправились двое взрослых мужчин. Недолгое время, проведенное троицей в кустиках, никак не позволяло заподозрить групповой секс на лоне природы. Приметы юной девушки полностью соответствовали Ларисе Поляковой.

Встреча произошла в сельской местности, в тридцати километрах от Ямбурга. Населенных пунктов, где могла бы располагаться база похитителей, поблизости не так уж много — а дорога, на которой видели «вольво», тупиковая, упирается в берег залива.

План действий Крапивин предложил простой: чтобы не терять времени, их четверка разделяется на две бригады. Макс и Граев, как люди, более подходящие для силовых решений, берут «оборотня» и пытаются его разговорить, изображая отмороженных до ледяного звона личностей. Очень убедительно изображая, не стесняясь в средствах.

Крапивин и Людмила тем временем на местности пытаются обнаружить логово похитителей. Обе группы постоянно поддерживают связь, обмениваются информацией, в случае необходимости — приходят на помощь друг другу.

Граев внимательно наблюдал за Людмилой и отметил: ее лицо дрогнуло, когда капитан назвал марку и цвет машины. Так, так…

Он поднялся, сделал условный знак Максу. Сказал подчеркнуто официально:

— Людмила Петровна, нам необходимо поговорить. Наедине.

…У воды было уже совсем темно — западный берег не виден. Надоедливо гудели комары.

— Раньше наш бравый капитан попросту темнил, недоговаривал, — без обиняков начал Граев. — Теперь преднамеренно лжет.

— Почему? — в голосе Людмилы удивления не слышалось.

— Всё очень просто… — вздохнул Граев.

Прихлопнул на щеке комара — и, продолжая то же движение, ударил ребром ладони в висок Людмилы.

Вернее, лишь обозначил удар, готовый сдержать его в последний миг, — вдруг все-таки ошибка?

Ошибки не было. И цели удар в любом случае бы не достиг — натолкнулся на грамотно поставленный блок. Более чем грамотно, учитывая темноту и фактор неожиданности.

Атаку Граев не продолжил. Отскочил на три шага назад, спросил:

— Ну и что теперь? Будем проверять, кто лучше машет руками-ногами? Или достанешь пушку, уж не знаю, где ты ее прячешь?… Или быстренько сочинишь сказку — для чего наших биатлонисток учат рукопашному бою? Или все-таки расскажешь правду?

Она молчала. Стояла неподвижно.

Граев смачно сплюнул в струящуюся у ног реку. Сказал с горечью:

— А ведь я тебе поверил… тогда, на Греческом. Не словам — глазам твоим поверил. Думал, и вправду… Старый дурак.