Они с Артёмом поднялись наверх и исчезли в одной из комнат. Захмелевшая Катя оживлённо беседовала о чем-то с Андреем и весело смеялась. Стелла задумчиво ела тушёнку. Было очень странно и нелепо видеть эту женщину сидящей за грубо выструганным столом и едящей тушёнку. Анна Ивановна исподтишка наблюдала за ней, надеясь угадать причину, по которой Стелла отправилась сюда, но терялась в догадках. Её удивляло, что Стелла нисколько не расстроилась, что они заблудились и забрели в чужое шале. Это было по меньшей мере странно, если не сказать больше.

Марк заботливо подливал Анне Ивановне водку, и она наконец расслабилась и перестала думать о Стелле и мотивах её поведения. Захотелось забраться куда-нибудь в тёплое место и заснуть, свернувшись калачиком.

За окном было белым-бело. Окна залепило снегом, выл ветер, но в их избушке тепло и уютно. Нечаянные гости чужого дома раскрепостились, разговорились, напряжение спало, и никто уже не вспоминал, что это вовсе не тот дом, куда они должны были попасть. Хотя какое, собственно, это имело значение? Дом был, компания была, а остальное неважно.

Анна Ивановна, встала, её качнуло, и она невольно оперлась на плечо Марка.

– Милая вы моя! Да вас шатает! Пойдёмте, отведу вас наверх. Пока там ещё есть вакантные места. Не переживайте, я не буду покушаться на вашу честь. Отведу, уложу, всё в лучшем виде. Ну, пойдёмте!

Анна Ивановна позволила Марку обнять себя за талию и повести. Она совсем не переживала за свою честь, так как давно вышла из возраста, когда стоит за неё переживать.

Наверху Марк стал поочерёдно открывать все комнаты, ворча себе под нос. Анна Ивановна стояла, подперев стену. Щепетильность Марка начинала её раздражать, у неё подгибались колени, хотелось скорее лечь, но Марк, как назло, тянул время. Анна Ивановна хотела крикнуть ему, что ей всё надоело и нельзя ли просто зайти в первую попавшуюся комнату и лечь? Она уже набрала воздух в лёгкие, как Марк радостно воскликнул:

– Есть! Идите сюда, моя милая! По стеночке, по стеночке…

Анна Ивановна махнула на него рукой:

– Да иду я…

Комната на первый взгляд показалась довольно милой, хотя и обставленной очень просто: кровать, тумбочки, стол возле окна. Марк поспешно распахнул дверцы шкафа и вытащил оттуда спальник, который бросил на кровать.

Анна Ивановна сняла обувь и залезла в спальник. Марк заботливо застегнул молнию. Анна Ивановна мгновенно заснула, будто провалилась в бездонный колодец. Марк, потоптался немного, повздыхал, посмотрел на спящую Анну Ивановну, достал из шкафа второй спальник и пристроился на кровати рядом с Анной Ивановной, пробурчав что-то вроде: «Вместе теплее…»

Оставшиеся за столом начали клевать носами: сказывалась усталость. Нина откровенно зевала и дёргала мужа, у которого открылось второе дыхание, за рукав. Катя уронила голову на руки и спала прямо за столом. Стелла плеснула себе в стакан немного водки и выпила.

Катя очнулась и обвела всех мутными глазами:

– Мне кажется, нам всем пора лечь спать, товарищи. Лично я не против. Поэтому разбредаемся по норам, кто какую найдёт, и ложимся. Завтра я попытаюсь выйти на связь с гостиницей. Метель какая-то невозможная… ну, не поминайте лихом, я пошла! – Катя встала и нетвёрдой походкой пошла наверх, искать себе ночлег.

Денис с Ниной тоже поднялись и ушли наверх, пожелав Стелле и её парням спокойной ночи. Стелла постучала накрашенным ногтём по крышке стола:

– Останемся внизу, мальчики. Не хочу лезть наверх. Мне не нравится эта погода. Не похоже, чтобы этот снег прекратился завтра. Как думаешь, Андрюша?

– Не знаю. Горы непредсказуемы. Зачем мы вообще сюда припёрлись, Стелла Борисовна?

– Тебе какая разница? Я родом из этих мест. Выросла здесь. Ностальгия, если хочешь.

– Понятно. Не знал, простите. Ну а на озеро-то для чего?

– Не задавай идиотских вопросов! Сюда нет другой дороги, только лыжня. Мне хотелось побывать на озере… иди, приготовь комнату. Не забывай, мой муж платит тебе приличные деньги за то, чтобы ты заботился обо мне. Наша гид сказала, что тут внизу есть пара комнат. Я займу одну, а вы другую. И найди мне зеркало, ты же знаешь, я не могу без зеркала!

Андрей ушёл и вернулся через пять минут.

– Пойдёмте, там вполне приличные комнаты. Я постелил вам спальник. Там и зеркало есть. Всё как по вашему заказу. Идите ложитесь, мы с Виталиком осмотримся здесь. Камин нужно загасить, ещё сгореть не хватало.

– Ладно, спасибо. Извини за грубость. Ты же знаешь, я не злая.

– Да что вы, Стелла Борисовна! Какие обиды! Идите спать.

– Пошла. – Стелла грациозно поднялась и удалилась, покачивая бёдрами.

Андрей проводил её взглядом.

Во сне Анна Ивановна видела Геру. Он грозил ей пальцем. Она хотела сказать ему, что не сделала ничего предосудительного, ноне могла открыть рот. Потом Гера куда-то исчез, и Анна Ивановна уловила непонятный звук. Она пыталась прислушаться, но ничего не получалось. Нечто вне её мешало сосредоточиться и понять что это такое. Звук нарастал, он становился давящим и назойливым. Анне Ивановне показалось, что её мозг сейчас взорвётся и разлетится на молекулы. Она с трудом разлепила глаза и поняла, что звук – не сон: так завывает ветер за стенами их убежища, и шумит в такт ему лес.