запирается!

– А ты никогда не стучишь, – добродушно возразил Томми. – И я не хочу, чтобы

Тесса или Люсия застали меня в исподнем.

– Где Мэтт?

– Внизу, лед к лицу прикладывает.

– Я видел, в раздевалке. Что случилось?

– Он неудачно упал в сетку и ударился головой о колено. Кровь из носа и

великолепный фингал.

Томми указал Анжело на кресло, а сам сел на край кровати, затолкав под нее

снятые трико.

– Сигарету?

– Спасибо, у меня свои. Те, что любите вы с Мэттом, напоминают мне леденцы от

кашля, – натянуто ухмыльнулся Анжело. – Помнишь, как я впервые предложил

тебе сигарету, а ты прочел мне лекцию, почему спортсмены не должны курить?

Томми тоже засмеялся.

– Господи, каким я был занудой.

Через минуту Анжело сказал:

– Том, мы все очень обрадовались, когда ты решил снова работать с Мэттом. Это

здорово, что ты вернул его на путь истинный. Он был буйным мальчишкой… вечно

попадал в неприятности, вылетел из колледжа.

Томми без остановки щелкал зажигалкой, но, когда она, наконец, сработала, задул язычок огня.

– Он все это мне рассказывал.

– Мне просто интересно, – нахмурился Анжело, – сколько именно он тебе

рассказал. А теперь ты его ловишь. Том, насколько ты связан этим

партнерством?

– Мы многое разделяем, – бесцветно сказал Томми. – Как и в те времена, когда ты

был с нами. Я вложил свои сбережения в новое оборудование, но это окупается, потому что Мэтт привлекает публику.

– Я не о деньгах, Томми. Я спрашиваю, сколько себя ты в это вкладываешь? Мне

невыносимо смотреть, как сильно вы зависите друг от друга…

Он запнулся, и Томми, вспомнив прошлый раз, понял, что Анжело ходит вокруг да

около какой-то темы, которую не желает поднимать.

Что он видел? Что он мог увидеть?

Ничего, совершенно ничего. И все-таки Томми хотелось закричать ему в лицо:

«Черт побери, Анжело, я знаю, что ты пытаешься выяснить, мой ответ – да, и

пошел ты!»

Но искренняя любовь и уважение заставили Томми смолчать. Он проговорил:

– Разумеется, мы зависим друг от друга. Как всякие вольтижер и ловитор.

– Ты не ответил на вопрос.

– Нет, и не собираюсь. Послушай, Анжело, я не хочу тебе грубить, но ты больше

не в номере. Ты ушел, ты сам так захотел, и теперь у тебя своя жизнь, а у нас –

своя. Тебе не кажется, что это зависит от меня и Мэтта – как организовывать

наш номер?

– Справедливо, – признал Анжело. – Это не мое дело. Но ты был хорошим

вольтижером, а теперь он звезда, а ты его ловишь. Мне больно видеть, как ты

жертвуешь собой…

– Жертвую? Я ловлю лучшего в мире вольтижера! И все, что я делаю, я делаю по

собственной воле!

– Не заговаривай мне зубы! – Анжело ударил кулаком по подлокотнику. –

Признайся уже, что ты просто…

Он осекся, подскочил и принялся мерить комнату шагами. На момент Томми

показалось, что Анжело просто уйдет, будучи не в силах договорить. Он знал, что тот собирался выкрикнуть: «Ты просто влюбился в него». И если бы Анжело

мог понять… С внезапной смутной надеждой Томми открыл было рот, но Анжело

снова повернулся к нему.

– Наверное, мне все же придется это сказать. Я не в курсе, говорил ли тебе Мэтт.

Но… но зная то, что я знаю о нем я…Возможно, я что-то неправильно понял.

– Ты не сообщишь мне ничего нового, – сказал Томми, удивляясь, как твердо

прозвучал голос. – Мне тоже интересно, Анжело. Ты говоришь, будто знаешь. Но

действительно ли ты понимаешь, почему у меня с Мэттом все так сложилось?

– Я старался убедить себя, что просто не так понял, ragazzo.

Старое детское обращение немного разрядило обстановку. Анжело называл так

их всех без разбора, когда они были мальчиками.

– Тогда постарайся понять. Мэтт и я… мы нужны друг другу. Мне обязательно

продолжать? Может, остановимся на этом?

Анжело покраснел до корней волос. Стараясь скрыть смущение, он бросил

окурок в пепельницу, сделанную в форме штата Калифорния, и принялся его

растирать.

– Я все время забываю, какой ты еще ребенок. Слушай, двое взрослых мужчин не

должны…

Томми ощутил, как его самого бросило в жар.

– Анжело, ради Бога, я служил четыре года! Не надо объяснять мне про пчелок и