Шрифт:
— Это ведь разные вещи: не сожалеть и ошибаться, — задумчиво произнесла она. — К чему ворошить былое? Прошлое не вернешь, а настоящее не изменишь...
— Раньше ты не была столь рассудительной, — усмехнулся он.
— Была, Сереженька... Всегда была рассудительной. .. Иначе бы мы с тобой не расстались.
— У тебя сын или... — спросил было Сергей, но Лена перебила:
— У нас нет детей.
И он понял, что на эту тему говорить не надо.
— Меня все эти годы мучила мысль, что я причинила тебе боль, — сказала она. — Не скрою, были моменты, когда мне хотелось все бросить: и работу, и мужа, и уехать к тебе...
— Я ждал тебя, — сказал Сергей. — Очень ждал.
— Ждал... — невесело улыбнулась она. — У нас, действительно, все в прошлом... А теперь кого-нибудь ты ждешь? — И пытливо заглянула в глаза.
— Жду,, — сказал Сергей. — Вот только не знаю, вернется ли она.
— Ты всегда был искренним, — она улыбнулась, хотя в огромных глазах и затаилась грусть.
— А как ты? — спросил он.
— Мне, в общем, повезло, — коротко ответила она.
— Мне твой муж очень понравился, — сказал Сергей.
— Ты напечатал тот рассказ про влюбленного мальчика и девочку? — перевела она разговор на другое.
— Нет, — ответил Сергей. — Этот рассказ был только для тебя.
— Я забыла... Он погиб, этот мальчик?
— Не помню, — сказал Сергей. — Я тоже все забыл. А ту рукопись, что ты читала, сжег.
Она отвернулась, скользнула взглядом по зеленому с сизоватым отливом берегу. Помолчала. И, не глядя на него, сказала:
— Ждал, забыл, сжег... У тебя все просто и ясно. Завидую тебе!
— Когда-то я думал, что мы без слов понимаем друг друга, — с горечью ответил он. — Не дай бог, чтобы у тебя все было так просто и ясно, как у меня. И не завидуй мне... Не надо. Это смешно!
— Мне не смешно, — тихо, будто эхо, откликнулась она.
— Что ушло вместе с тобой, я не верну уже никогда. .. После встречи с тобой я уже совсем не тот, что был раньше.
— Лучше или хуже?
— Я ведь о другом... — усмехнулся он. — Мы перестали друг друга понимать... А может, и не понимали?
— О чем же ты? — Ее наполненные густой синевой глаза смотрели на него, как прежде, прямо и открыто.
— Я потерял не только тебя, — сказал он, — а и себя. Я перестал верить женщине. И самое худшее — разучился любить. Что-то ушло от меня безвозвратно. И вернется ли?
— Ты стал другим, Сергей, — сказала она. —Может быть, и не стоит жалеть о том, что произошло?
— Не знаю... Не с тех пор я счастливым себя не чувствую.
— Нельзя быть все время счастливым... — улыбнулась она .— Захочется хотя бы немного несчастья.
— По-моему, это называется с жиру беситься, — грубовато заметил он, не приняв шутки.
— И все-таки я была уверена, что ты разыщешь меня, — помолчав, сказала она.
— Зачем?
— На этот вопрос я тебе никогда не отвечу... Да, наверное, об этом и не следует спрашивать женщину.
Наступила неловкая пауза. Лена проводила взглядом пролетевшую над озерам ласточку и кивнула на Бутрехина, сидевшего на траве.
— Это твой друг?
— Пойдем, я тебя познакомлю с ним, — сказал Сергей.
И снова весело бежит «Москвич» по живописному шоссе. В обратный путь.
В «Русской сказке» пообедали вместе с Леной, а потом посадили ее в автобус, который уезжал в Москву. Перед отправлением автобуса Лена со смущенной улыбкой— уже не было времени написать свой адрес — сунула Сергею визитную карточку. Сказала, что там все написано: и рабочий телефон, и домашний. В карточке еще, между прочим, было написано, что Лена — кандидат физико-математических наук...
Наверное, так и должно быть: раз муж ученый, зачем же отставать жене? ..
Эта нечаянная встреча повергла Сергея в глубокую грусть. Будто старая рана открылась в правом боку. Ничто в нашей жизни не проходит бесследно: ни удар ножа, ни болезнь, ни любовь... И Лена стала другой, да и он изменился. Им просто не о чем было говорить. Все время копаться в том, что было и прошло, не очень-то интересное занятие. Говорить о ее семейной жизни не хотелось — это как раз их не связывало, а разъединяло.
И все равно здорово, что они встретились. Он «свалил камень с ее сердца», как она сказала, да и она вытащила у него застарелую занозу. «Будешь в Москве, обязательно заходи, — говорила она. — Муж будет рад!» Будет рад муж или нет, этого он не знает, но, возможно, при случае и заглянет... А может быть, и нет, к чему все это?..