– Она закована, - влез старший писец ратуши прежде, чем Освальд успел его остановить.

– В простые кандалы?
– воительница расхохоталась.
– Кстати, почему?

Она обернулась к стражникам.

– Простите, святая сестра, но волчьи с нее спадают. Нет у нас таких маленьких. Мы уж решили, что такую мелкую и простые удержат!

Смех перешел в хохот.

– Вы решили?
– с трудом выдавила Ридица и, внезапно перестав смеяться, развернулась к Освальду.
– Вы тоже так считаете, брат?

Не дождавшись ответа, обернулась к толпе. Взгляд выхватил двух белоголовых мальчишек, стоящих в первом ряду. Надо же, пролезли, пострелы!

– Уважаемые бюргеры, - спросила она, - не найдется ли среди вас вильдвера? Надо показать нашей доблестной страже, что может Зверь!

Толпа затихла, а по краям площади резко поредела.

– Значит, нет, - вздохнула Ридица и обратилась к осужденной.
– Может, ты?

Та только покачала головой, не отрывая подбородок от рук.

– Так я жду ответа, святой брат, - девушка вновь повернулась к монаху.
– Вы, риттер Ордена Светочей Веры, тоже считаете, что эти проволочки удержат Зверя?

– Нет, не считаю, - выдавил Освальд.
– Но все приготовления сделаны без моего ведома.

– Верю, святой брат, верю, - с искренней радостью признала Ридица.
– А скажите, не страшно вот так стоять в двух шагах от Зверя, которого ничто не держит?
– по мере произнесения голос ее наливался сталью.
– Или Вы думаете, что Господь вас защитит? Зря! Всевышний не спасает дураков!

Освальд спрыгнул с телеги. Тем временем, воительница снова повернулась к осужденной:

– А ты что терялась? Такой шанс был отомстить святому брату! Обернуться, пара движений, и всё! Башку бы свернула, как курчонку! Почему не обернулась?

Девочка подняла голову:

– Я не умею...

– Так свидетели же...
– протянула Ридица.

Подбородок снова уперся в руки.

Воительница отошла от телеги.

– Итак, святой брат, инициированного Зверя везут пять стражников в шаткой клетке и простых кандалах! Меня не интересует безалаберность вашей стражи, об этом наши сестры будут говорить с маркизой фон Фейербах. Меня интересует, почему Зверь не убежал, оставив вам трупы этих придурков? Где ваши свидетели?

– Их уже ведут, святая сестра, - пискнул писец.

Четверо кнехтов волокли через толпу двух подростков.

– Однако, - покачала головой Ридица.
– Где вы только таких находите? Хороши! Кто ж их так уделал-то? Тоже Зверь? Или идти не хотели?

Парней подтащили поближе. Воительница с нехорошей усмешкой рассматривала свидетелей. Забавная парочка. Толстый да тонкий. Ну, толстый говорить вряд ли сможет. А тонкому, похоже, тоже прилетело изрядно, вон, с какими хрипами дышит. Пара ребер сломана, не меньше.

– Почему избиты?
– грозно спросила девушка.
– У вас бьют свидетелей?

– Это не мы, святая сестра, - пробасил ближайший стражник.
– Гореть мне в Очистительном Пламени! Пальцем не тронули! И сапогами тоже! Они уже были такие.

– Хм... Ладно...
– Ридица повернулась к свидетелям.
– Говорят, вы видели, как девчонка оборачивалась Зверем. Это правда?

– Да, святая сестра, - просипел тонкий под одобрительное мычание и кивки товарища.

– Где? Когда?

Тонкий замялся. Глаза толстого вдруг выкатились из окружения синяков, он схватил второго за рукав, другой рукой указывая в толпу.

– Ларг!
– завопил тот, проследив за жестом товарища.
– Вон ларг! Мы видели! Вон тот, мелкий! Медвежонок! Который рядом с Когтем стоит! Это он нас избил!

Руки свидетелей показывали на белобрысых мальчишек, стоящих в первом ряду. Оба заметно младше возраста инициации. Те переглянулись и дружно шагнули вперед.

– Кто ларг, паскуда?
– прошипел старший. В руках появился нож.
– Мой брат ларг?!..

– Ты и сам ларг!
– гундосил тонкий.

– Молчать!
– заорала Ридица.

Нож исчез. Белобрысые замерли. Тонкий открыл рот и полетел на землю от удара воительницы.