Я почувствовал, как начала кружиться моя голова. Ничего подобного я не ожидал.

— А...— пробормотал я после долгой паузы,— а... ну... это... я...

— Вас это удивляет? — резко спросила Мари.

— Черт возьми! Вы шутите?

— Нет! — заявила она, поправляя волосы.— Мне жаль, но после дешевых полицейских трюков в прошлую ночь я не смогла сообщить вам об этом сразу. Однако удовольствие я получила.

— Но вы сказали, что нашли оружие?

— Да, я знаю, где оно. Я его не уничтожила. Скажите, как вас зовут?

— Марль. Но говорите же!

Скажите, полиция обыскала весь музей, коридор и все, что было возможно?

— Да, да! Продолжайте! Я знаю, что вы торжествуете, но...

— Они ошиблись, мсье Марль, потому что забыли одно древнее правило. Нож все время был перед ними, но они не видели его. Вы спускались в галерею ужасов?

— Да, незадолго до того, как нашел труп.

— Вы обратили внимание на мастерски выполненную группу возле лестницы? Я имею в виду убийство Марата. Марат лежит в ванне с ножом в груди, а с ножа капает кровь. Так вот, дорогой мой, эта кровь была настоящей.

— Вы хотите сказать...

— Я хочу сказать, что убийца была там и вытащила нож из восковой груди Марата. Когда папа лепил эту фигуру, он использовал длинный и острый нож. Воск никогда не застывает до конца, и нож легко вытаскивается. Совершив убийство, убийца снова сунула нож в грудь Марата. Полиция всю ночь рыскала в музее, сегодня сотня людей была там, но никто не заметил ножа.

Я вспомнил эту мрачную сцену, выполненную с потрясающим реализмом. А потом вспомнил еще об одной вещи, которая заставила меня тогда дрожать от страха. Это там, возле Марата, я слышал, как что-то капает. Позже, увидев Сатира, в руках которого находился труп, я забыл об этом. Но звук падающей капли доносился из группы Марата...

— Ну, а как вы это заметили?

— А! Я снова под подозрением! Дайте сигарету. Нет, нет, я не могла ничего бояться. Я всю жизнь прожила в музее восковых фигур, мсье Марль. Я знаю там каждую кнопочку...

— Да?

— Когда я зашла туда утром, то заметила дюжину маленьких изменений. Фигура Марата сдвинута на четверть дюйма влево. Кофта Шарлотты Корде помята. Большинство изменений были незначительны.

— Вы прикасались к чему-либо?

— О, нет! — не скрывая иронии, произнесла Мари.— О, нет! Я думала, полиция обнаружила это...

— Там могут быть отпечатки пальцев...

— Возможно,— согласилась она равнодушно. Я дал ей прикурить и затем она продолжала: — Меня не очень интересует убийство мадемуазель Мартель. Но я не думаю, что вы догадались- бы, что убийца — это женщина.

— Почему?

— Убийца взяла нечто, что висело на золотой цепочке.— Мари резко взглянула на меня.— Это вам ясно?

— Мы решили, что это был серебряный ключ.

— Наши мнения совпадают, и я счастлива, что имею ту же точку зрения, что и великий Бенколин. Хорошо! Ну, так зачем же, дорогой мой, убийце понадобился ключ, если не для того, чтобы войти в клуб? Как вы сами попали сюда?

Одолжил ключ у члена клуба.

— Да, вы одолжили у мужчины. Ну, а что делал бы убийца, будучи мужчиной, с ключом мадемуазель Мартель, которая была женщиной? Я начинаю думать, что Бенколин глуп. Убийцей должна быть женщина. Женщина, похожая на маленькую мадемуазель Мартель.

— Тогда, может быть, вы сумеете объяснить, зачем убийце понадобилось пройти в клуб? — улыбнулся я.

— Боюсь, что это слишком сложно для меня.

— А если бы я предъявил ключ мадемуазель Мартель, ваши стражники...

— Спросите у них, если хотите,—.Сухо ответила она.

— Но вы можете сделать это.

— Послушайте, дорогой мой, меня не волнует, кто убил Мартель. Я бы и шага не сделала, чтобы помочь вам в этом деле, потому что здесь Галан не замешан. Так что вы сами должны рассказать мне об этом. Я хочу только его ареста. Вы поняли?

— Одно связано с другим.

— Вот как?

— Он соучастник обоих убийств, не так ли? Он и эта Прево. А она готова явиться в полицию.

Мари кивнула.

— Хорошо. Подходит. Так каков план действий?

— Вначале мне надо выбраться отсюда. Вы поможете?

Она пожала плечами.

— Иногда, мой друг, приходится делать и не такие вещи. Они закончат осмотр всего здания, а потом...— Мари провела ладонью поперек горла.— Я, конечно, могу сама проводить вас. Но Галан позаботится и обо мне. Это, правда, будет не так просто...