У меня был меч. И конечно, я был чужаком в городе, и ничего не знал о Хобарте и бригаде погонщиков из Бар-Ина. В общем, учитывая мое полное незнание в этих вопросах, они пытались обмануть меня. Это меня раздражало. Они, серьезно просчитались в этом вопросе. Поскольку я сам не намеревался идти ни с одной из них к алькову, то я не буду предоставлять им даже минимальной защиты, как и любой другой мужчина планеты Гор. Они полностью принадлежали их владельцам, а если смотреть более широко, то всем мужчинам. Они были рабынями. Однако, мне не понравилось бы, если этот Хобарт и его товарищи-пастухи подумали, что они отобрали их у меня.

Хобарт всё же напал на меня. То, что произошло дальше, произошло очень быстро, гораздо быстрее, чем можно это описать. Я не уверен, что все из присутствующих чётко поняли, что произошло. Я поймал его запястье и, выкручивая его, дернул вперед, выводя противника из равновесия, добивая ногой. Затем я вывернул его запястье назад, и отбросил в сторону. Второй был пойман на обратном движении, к этому моменту успел вытянуть меч из ножен лишь наполовину. Поскольку я не стоял к нему лицом, то он совершенно очевидно, был захвачен врасплох моим ударом, его направлением, характером и силой. Нетренированные мужчины часто ожидают, что нападение произойдёт в лоб. Различные варианты боевых искусств, доступны в основном, опытным воинам. Мое лезвие вылетело из ножен прежде, чем его колени начали подгибаться. Я повернулся к остальной компании уже с готовым к бою клинком в руке.

Парень рухнул на пол, и мужчины быстро освободили место вокруг нас.

– Отлично сделано!
– сказал мужчина в широкополой шляпе.

Я стоял лицом к лицу с пятью пастухами, и их оголённой сталью. Бутылки были отброшены.

– Первый, кто попробует напасть, - крикнул аукционист, с высоты центрального прилавка, - мертвец.

Бузотёры осмотрелись. Дежурные в зале продаж держали взведённые арбалеты направленными на них. Короткие, тяжелые болты лежали на направляющих, пальцы опирались на спусковые скобы.

Сердито гуртовщики вложили клинки в ножны. Они подобрали свои двух вырубленных товарищей, и, поддерживая их, с взглядами полными ненависти покинули место ссоры.

– Двое заводил - это Макс и Кайл Хобарты, из Бар-Ина. Боюсь, их нельзя считать приятными врагами, - заметил коротышка в шляпе.

Я пожал плечами, и вложил меч в ножны.

Две девушки таверны, Джинджер с темно-рыжими волосами и темноволосая Эвелин, испуганно, начали продвигаться к двери, стараясь быть незаметными.

– Один момент, молодые особы, - весело подозвал их аукционист.

– Да, Господин, мы уже уходим, - печально отозвалась Джинджер.

– А может быть, и нет, - усмехнулся аукционист.

– Господин? – испуганно и не понимая, спросила Джинджер. Позади неё послышался тяжелый шелест раскатывающейся сети. Выход был заблокирован крепкой, пеньковой сетью для ловли рабов. Она запуталась в сети пальцами, и затем, напуганная, оглянулась через плечо.

– Господин? – спросила она дрожащим голосом.

Эвелин немедленно упала на колени.

– Пожалуйста, простите нас, Господин, - запросила она пощады.
– Пожалуйста, не наказывайте нас!

Джинджер тоже стремительно опустилась на колени, рядом с Эвелин.

– Не надо, Господин, - взмолилась и она.
– Пожалуйста, не надо нас пороть.

– Кто Ваш хозяин?
– спросил аукционист.

– Рэндолф из Кайилиаука, Господин, - отозвалась Джинджер.

– Рассел из Кайилиаука, Господин, - назвала своего хозяина Эвелин.

– Нет, симпатичные маленькие рабыни, - засмеялся аукционист.
– Ваш владелец - дом Рама Сэйбара.

– Господин? – растерянно переспросила Джинджер.

– Вы были для нас неприятностями достаточно долго, - сказал аукционист.

– Господин? – спросила испуганная Джинджер стоя на коленях.

– Два дня назад Вы были перекуплены у ваших теперь уже бывших владельцев, - объяснил аукционист. – И вот сегодня, как мы и ожидали, вы осуществили свою самопоставку.

Девочки посмотрели друг на дружку в ужасе.

– Ваше время, быть головной болью в дом Рама, который Сэйбар уже закончилось, - продолжал издеваться аукционист.

Мужчины в зале хохотали удачной шутке, сыгранной с этими двумя рабынями.

– Снимите-ка их ошейники, - попросил аукционист своего помощнику. Тот расстегнул ошейники. Ключи подошли в точности. Несомненно, они были переданы их бывшими владельцами, ещё во время заключения сделок узаконивших их покупку.

– Снимайте свою одежду, - приказал девушкам аукционист.

Девушки подчинились мгновенно. Джинджер сняла также украшенную бусами манжету со своей левой лодыжки. А Эвелин отстегнула тесную черную ленту с горла. Теперь они были абсолютно голые. Обе, как я видел, были заклеймены на славу.