Вечером Адаму бросилось в глаза, что, хотя Эрика по-прежнему — как и в течение всего месяца — устроилась спать в комнате для гостей, дверь она только прикрыла и не закрывала всю ночь, в чем он убедился утром, уходя на цыпочках из дому.

Адам твердо решил, что позвонит домой через час. Если Эрика будет в настроении и захочет с ним объясниться, он перепланирует свои дела в компании и до обеда проведет время дома.

За завтраком Перси не задал ни единого вопроса о том, почему так неожиданно прервалась их беседа накануне; не заговаривал об этом и Адам. Перси только поинтересовался вскользь, как идут дела у сыновей Адама — Грега и Кэрка, а потом разговор пошел о сверхпроводниках, в области которых маленькая научно-исследовательская компания, предлагавшая Адаму стать ее президентом, надеялась совершить переворот в технике.

— Самое удивительное в связи со сверхпроводниками, старина, состоит в том, что общественность и пресса знают о них очень мало. — Перси отхлебнул смеси цейлонского и индийского чая, которую всегда возил с собой в металлических банках и, где бы ни останавливался, просил специально для него заварить. — Как ты, Адам, очевидно, знаешь, сверхпроводник представляет собой металл, или металлическую проволоку, обладающий высокой электропроводностью и пропускающий через себя ток без малейших потерь.

Адам кивнул. Как всякий изучавший физику студент, Адам знал, что любой провод или кабель обладает сопротивлением, приводящим к потере по меньшей мере пятнадцати процентов передаваемой по нему энергии.

— Следовательно, сверхпроводник с нулевым сопротивлением, — констатировал Персивал, — произведет революцию в электросистемах всего мира. При этом он сделает ненужным сложное и дорогостоящее оборудование для передачи электроэнергии на расстояние и позволит с невиданно малыми затратами получать фантастическое количество электроэнергии. До сих пор препятствием на пути использования сверхпроводников являлось то, что они функционируют лишь при очень низких температурах — примерно при 450 градусах ниже нуля по Фаренгейту.

— Прямо скажем, холодновато, — заметил Адам.

— Разумеется. Поэтому вот уже несколько лет ученые мечтают о создании сверхпроводника, который функционировал бы при комнатной температуре.

— И есть основания надеяться, что мечта станет явью?

Перси немного задумался.

— Мы знаем друг друга, старина, уже много лет. Ты когда-нибудь замечал, чтобы я преувеличивал?

— Нет, — ответил Адам. — Как раз наоборот. Ты всегда был консервативен в своих оценках.

— Я таким и остался. — Перси улыбнулся и, отхлебнув немного своего чая, продолжал: — Нашей исследовательской группе пока еще не удалось создать сверхпроводник, который бы функционировал при комнатной температуре, но некоторые явления, возникшие в итоге наших экспериментов, обнадеживают. Порой мы даже думаем, не находимся ли мы где-то на пороге открытия.

— А если это так?

— Если это так, если мы действительно произведем переворот в науке, это затронет все области современной техники и вызовет качественные изменения. Приведу тебе два примера.

Адам слушал Перси со всевозрастающим интересом.

— Не буду останавливаться на всех гипотезах, касающихся магнитного поля, но есть такая штука, именуемая сверхпроводниковым кольцом. Что это такое? В сущности, обычный виток проволоки, который будет аккумулировать и удерживать в неприкосновенности огромные запасы электрической энергии, и если удастся сделать еще одно открытие, нам и эта проблема будет по плечу. На практике это означает, что можно будет перемещать огромное количество электроэнергии из одного места в другое — скажем, на грузовиках, по воде или по воздуху. Задумайся на минутку, как это можно использовать в пустыне или в джунглях — доставить туда электроэнергию самолетом, в пакете, без всякого генератора, и в случае необходимости — дослать нужное количество. А представь себе сверхпроводниковое кольцо в электромобиле! Да аккумулятор по сравнению с ним будет казаться таким же анахронизмом, как сальная свеча!

— Раз уж ты меня об этом спрашиваешь, — сказал Адам, — должен признаться, мне трудно даже представить себе такое.

— Не так давно, — заметил Перси, — людям было трудно представить себе атомную энергию и космические полеты.

«А ведь и правда», — подумал Адам и напомнил Перси:

— Ты обещал привести два примера.

— Ну конечно. Одно из самых любопытных свойств сверхпроводника — его диамагнетизм. Это значит, что при использовании сверхпроводника вместе с обычными магнитами могут возникать исключительно мощные отталкивающие силы. Ты чувствуешь, старина, какие тут скрыты возможности? Разные металлы в машинах и механизмах могут быть помещены рядом, а соприкасаться не будут. Значит, у нас появятся бесфрикционные подшипники. И можно будет сконструировать автомобиль, в котором металлические части не будут соприкасаться, следовательно, не будут изнашиваться. И это только первый шаг. За ним последуют многие другие.

Убежденность Перси действовала на Адама поистине гипнотически. В устах любого другого человека Адам воспринял бы это как утопию или нечто, обращенное в далекое будущее. Но не в устах Перси Стайвезента, известного своими трезвыми суждениями и большими научными заслугами.

— Нам еще повезло, — сказал Перси, — что в тех областях, о которых я говорил, и еще в кое-каких других нашей группе удалось добиться успехов, не привлекая к себе всеобщего внимания. Но скоро это произойдет, и какое же это будет внимание! Еще и по этой причине нам без тебя не обойтись.

Адам сосредоточенно думал. Рассказ Перси и изложенные им идеи взволновали Адама, только будет ли это так же долго вызывать в нем интерес, как автомобили, например «Орион» или «Фарстар»? Даже под впечатлением услышанного ему было трудно примириться с мыслью, что однажды он уже не будет иметь отношения к автомобильной промышленности. Однако в его сознании запечатлелось кое-что из сказанного Перси вчера — насчет прокладывания новых путей, распахивания целины.

— Если уж серьезно говорить об этом, — заметил Адам, — мне нужно будет вначале самому приехать в Сан-Франциско и лично поговорить с твоими людьми.