– Володя! Володя! – закричала Ева, страшно боясь, что лишенный возможности перемещаться полковник утонет.

– Я здесь, – хрипло откликнулся Рязанцев. – Я ползу к тебе на помощь!

– Не надо, – прокричала Ершова в ответ, – ты, главное, сам не утони!

Давление на спину становилось все сильнее. Девушка задыхалась от усилий, пытаясь не впустить бурные потоки воды внутрь. Они сразу бы погибли, утонув и задохнувшись в этом каменном мешке. Гора дрожала. Ева ощутила спиной, как движутся тяжелые камни. Не в силах сдерживать напор, она отпрыгнула в сторону, нащупала Рязанцева и огромным усилием приподняла его, стараясь спасти от потока ледяной воды.

– Бросай меня, я не утону! – попросил полковник. – Я держу голову над водой.

Темная волнующаяся жидкость все прибывала. В пещере стало совершенно темно. Опять раздался грохот, на этот раз слабее первого. Вода поднялась до пояса, потом до груди. Девушка подхватила голову полковника, который уже погрузился до подбородка. Она еле-еле держалась на ногах.

– Спасайся сама! – хрипел Рязанцев. – Брось меня!

– Ни за что! Как же тогда наша свадьба? – ответила Ершова.

Грохот усилился. Гора содрогнулась во второй раз. Своды пещеры заскрежетали. Почти сразу же уровень воды перестал повышаться. Стало тихо. Потоки воды теперь бушевали где-то снаружи.

– Поздравляю, нас завалило, – сказал полковник. – Мы замурованы.

Ева, стоявшая по пояс в воде и прижимавшая к себе жениха, глубоко вздохнула, проверяя, много ли осталось воздуха. К ее удивлению, откуда-то сверху ощутимо дуло.

– Мы замурованы, но мы не задохнемся, – сказала девушка, глядя вверх, – где-то наверху есть отверстие.

Вода постепенно уходила.

– И уровень воды, по-моему, понижается, – добавил Владимир Евгеньевич, – то есть выходы где-то внизу имеются. И это очень хорошо, потому что помощи нам ждать неоткуда.

– А Бадмаев? – спросила Ева. – Он же к нам вернется, правда?

Вода опустилась до середины ее бедер.

– Возможно, – ответил Рязанцев уклончиво, – но поломать скалу в обозримое время и вытащить нас он не сможет. Если он действительно вернется.

– Ты в этом сомневаешься? – спросила Ева. – Он производит впечатление благородного человека.

– Конечно, – кивнул Владимир Евгеньевич, – но неизвестно, с чем он столкнется там, на биостанции. У меня по этому поводу прогнозы весьма неутешительные. Думаю, что Юрий Рашидович найдет на станции труп, а может, и не один.

Вода тихонько плескалась в склепе, было очень тихо – толстые каменные стены отлично поглощали все звуки. Постепенно уровень воды еще понизился, и полковник наконец-то смог снова лечь.

Бубнов спал. Обстановка в самолете разрядилась. К счастью, ни одного инфаркта на борту не случилось. Правда, профессору, Марьяне, стюарду и бортпроводнице пришлось несколько минут сдерживать разгневанных пассажиров, жаждущих сделать из аспиранта котлету, но в конце концов «народные мстители» отступили и вернулись на свои места.

– Ну и полет, – мрачно сказал Слюнько, обмахиваясь аварийной инструкцией, – представляешь, что бы было, если бы из-за дебошира самолет таки совершил бы посадку и мы добрались бы до биостанции вторыми? Кстати, – поменял он тему разговора, – что это за история с медным кольцом на ноге барионикса, кости которого были найдены на Мадагаскаре? Где наш Дима прочитал этот бред?

– Не знаю, – пожала плечами Марьяна, – мало ли бреда пишет желтая пресса.

– И все равно странно, – не отступал Слюнько, который уже оседлал новую тему, – что медное кольцо с надписью на неизвестном языке было найдено именно на кости у барионикса! Того самого, живое яйцо которого нашел энтомолог Курицын.

– Курочкин, – поправила шефа Филимонова, зевая.

– Неужели вам не интересно? – удивился профессор. – Один факт еще можно считать случайным, но два!

– Не было, конечно, никакого кольца, – твердо сказала Марьяна, – просто у кого-то слишком богатая фантазия. Даже странно, – сказала она, – что вы, Игорь Георгиевич, в это поверили. Вам ли не знать, что во времена, когда на Земле жили динозавры, людей на нашей планете еще не было. Тем более, не существовало письменности и обработки металлов.

– Два факта – это наличие кольца и живое яйцо, – не сдавался Игорь Георгиевич. – И оба факта ложатся в одну схему.

Он задумался, а потом вскочил и принялся ходить туда-сюда по салону первого класса. Так ему лучше соображалось.

– Совершенно понятно, что кольцо имеет инопланетное происхождение, – веско сказал он наконец, остановившись, – где оно, кстати? В чьих руках? Почему кольцо медное? Как выглядит надпись? Там буквы или цифры? Они выдавлены или это чеканка?

– Да откуда я знаю, – простонала Марьяна, – где это кольцо и какая у него, например, радиоактивность! Вы что, хотите сказать, что бариониксы – это домашние собачки зеленых человечков? И на трехметровую ножку им цепляли колечко с именем хозяина?